При доказательстве этого следует помнить, что чем возвышенней причина, тем многочисленней объекты, на которые простирается ее обусловливающая причинность. Затем, основополагающее начало в вещах всегда более всеобще, нежели то, которое их оформляет и ограничивает; так, бытие более всеобще, чем жизнь, жизнь – чем мышление, материя – чем форма. Следовательно, чем более нечто подлежит остальному, тем более непосредственно оно проистекает от высшей причины. То же, что подлежит всему первичным образом, то непосредственно принадлежит причинной связи наивысшей причины. Поэтому никакая вторичная причина не может производить что-либо иначе, как только если в производимой вещи уже предсуществует нечто, порожденное более высокой причиной. Но сотворение есть производство вещи в ее целокупной субстанции, без какого-либо предшествования в ней чего-либо сотворенного или несотворенного. Следовательно, остается сказать, что творить может один только Бог, Который суть первая причина [всего]. Поэтому, дабы показать, что все тела были сотворены непосредственно Богом, Моисей говорит: «В начале сотворил Бог небо и землю».
Ответ на возражение 1. При сотворении вещей [безусловно] существует порядок, но не в том смысле, что одна тварь создается другою, поскольку это невозможно, а скорее в том, что божественная премудрость учреждает в сотворенном разнообразие степеней.
Ответ на возражение 2. Бог, будучи единым, имеет познание о многих и различных вещах без какого-либо ущерба для простоты Своей природы, о чем было сказано выше (15, 2). Таким образом, Он посредством Своей премудрости является причиной различных познанных Им вещей (ведь даже и ремесленник производит различные изделия благодаря воспринятым им различным формам).
Ответ на возражение 3. Величина силы действователя измеряется не только тем, что сделано, но также и тем, как оно сделано, ибо одна и та же вещь может быть сделана по-разному в зависимости от силы делающего. Что же касается сотворения конечных вещей, когда ничто не предшествует их бытию, то для этого требуется бесконечная сила, которая не может принадлежать никакой [конечной]твари.
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что формы тел происходят от ангелов. Ведь сказал же Боэций, что «от форм, существующих помимо материи, произошли формы, которые существуют в материи»[315]. Но формы, которые существуют помимо материи, суть духовные субстанции, а формы, которые существуют в материи, суть формы тел. Следовательно, формы тел происходят от духовных субстанций.
Возражение 2. Далее, все, что является таковым по причастности, возводимо к тому что является таковым по сущности. Но духовные субстанции являются сущностными формами, тогда как телесные твари обладают формами по причастности. Следовательно, формы телесных вещей происходят от духовных субстанций.
Возражение 3. Далее, духовные субстанции имеют большую силу причинности, нежели небесные тела. Но небесные тела придают форму низшим вещам, для которых выступают в качестве причины, ибо, как говорят, они порождают возникновение и уничтожение. Поэтому тем более материальные формы происходят от духовных субстанций.
Этому противоречат следующие слова Августина: «Никоим образом не следует думать, что эта телесная материя служит отпавшим ангелам, а скорее, – что она подчинена Богу»[316]. Но телесная материя, пожалуй, подчинена тому, от кого она получает свою форму. Следовательно, телесные формы происходят не от ангелов, а от Бога.