Отвечаю: некоторые еретики упорствуют в заблуждении, что [дескать] видимые вещи сотворены не благим Богом, а злым началом, и тщатся доказать это ссылкою на слова апостола о неверующих, «у которых «бог века сего» ослепил умы» (2 Кор. 4:4). Но это их мнение абсолютно несостоятельно. В самом деле, если различные вещи в чем-то сходны, то должна существовать некоторая причина такого сходства, ибо различные по природе вещи не могут быть объединены сами по себе. Следовательно, всякий раз, когда в различных вещах обнаруживается нечто общее им всем, это означает, что все эти различные вещи получили это [общее им] «нечто» от какой-то одной причины, как [например] разнообразные горячие тела получает свою теплоту от огня. Но всем вещам, как бы они ни различались между собой, присуще нечто общее, а именно бытие. Следовательно, необходимо должно существовать одно начало бытия, от которого все вещи, каким бы образом – невидимым ли и духовным, или же видимым и телесным – они ни существовали, должны получать свое бытие. Что же касается дьявола, то он назван «богом века сего» не потому, что он его сотворил, а потому, что поглощенные земной суетой, о которых тот же апостол и в том же самом смысле сказал, что «их «бог» – чрево» (Филип. 3:19), суть служители дьявола.
Ответ на возражение 1. Все сотворенное Богом в некотором смысле пребывает вовек, по крайней мере в том отношении, что сотворенное, как бы оно ни было подвержено порче, никогда не будет полностью уничтожено. И чем более приближается сотворенное к неподвижному Богу, тем более неподвижно и оно. Так, подверженные порче твари пребывают вовек в том, что относится к их материи, хотя они и изменяются в том, что относится к их субстанциальной форме; неподверженные же порче твари неизменны в том, что относится к их субстанции, хотя и изменчивы в других отношениях: так, например, небесные тела изменчивы в отношении места, а духовные твари – в отношении аффектов. Что же касается слов апостола о том, что «видимое – временно», то они, будучи истиной даже в смысле рассматривания этих вещей как таковых (а именно в том отношении, что каждая видимая тварь является субъектом времени как с точки зрения ее бытия, так и с точки зрения ее движения), все же сказаны о видимых вещах, рассматриваемых в качестве награды. Ибо если наградою человеку служат видимые вещи, то такая награда временна, а если невидимые, то она пребудет вовек. Поэтому несколько выше он говорит о произведенной для нас «вечной славе» (2 Кор. 4. 17).
Ответ на возражение 2. Телесные твари благи по природе, но эта благость не всеобща, а частична и ограничена, вследствие чего некоторые из качеств являются противоположностями, хотя каждое из них само по себе и благо. Однако если оценивать вещи не с точки зрения их природы, а [только] того блага, которое можно извлечь из них для себя, то все вредное для себя может показаться злом. Но ведь известно: что может быть вредным одному, другому может оказаться полезным, и что даже по отношению к самой себе вещь в некоторых отношениях может оказаться злой, хотя и доброй во всех остальных. Но этого бы никогда не происходило, если бы тела были сущностно злыми и вредными.
Ответ на возражение 3. Сами по себе твари не удаляют нас от Бога, но [напротив] приближают к Нему, ибо «невидимое Его… чрез рассматривание творений видимо» (Рим. 1:20). Если же порой они и удаляют людей от Бога, то только лишь вследствие глупости тех, которые относятся к ним неразумно. Поэтому и сказано [в Писании], что твари «сделались сетью ногам неразумным» (Прем:14,11). Но даже сам тот факт, что они могут удалять нас от Бога, доказывает, что они – от Него, поскольку они могут служить соблазном неразумным только благодаря тем благам, которые имеют от Бога.
Со вторым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что телесные твари были сотворены не ради благости Божией, ибо сказано, что Бог «создал все для бытия» (Прем 1:14). Следовательно, все вещи были сотворены ради их бытия, а не ради благости Божией.
Возражение 2. Далее, благо имеет природу цели, и потому обладание большим благом является целью для обладающих благом меньшим. Но духовные твари соотносятся с телесными тварями как большее благо с меньшим. Следовательно, телесные твари созданы ради тварей духовных, а не ради благости Божией.
