Ответ на возражение 3. Хотя обретший блаженство ангел в абсолютном смысле слова и не находится в наивысшей степени блаженства, тем не менее, в относительном смысле он находится в самой высокой степени, предопределенной ему Богом. Однако радость ангелов может и возрастать в связи со спасением тех, коим они споспешествовали в этом своим служением согласно сказанному: «Бывает радость у ангелов Божиих и об одном грешнике кающемся» (Лк. 15:10). Такую радость можно полагать их акцидентной наградой, и она может возрастать вплоть до Судного дня. Поэтому иные авторы утверждают, что они могут заслужить акцидентную награду. Но все же лучше говорить, что блаженный никоим образом не может приобретать заслуги, если только он не является одновременно достигающим и достигшим, подобно Христу, Который один лишь таков, ибо блаженные обретают радость не вследствие заслуги, а в силу добродетели своего блаженства.
В настоящем месте мы исследуем вопрос о том, как ангелы стали злыми: во-первых, в связи со злом преступления, и, во-вторых, в связи со злом наказания. Относительно первого будет рассмотрено девять пунктов: 1) возможно ли, чтобы в ангелах было зло преступления; 2) какой тип греха возможен в ангелах; 3) чего добивался согрешивший ангел; 4) если допустить, что некоторые из них стали злыми, согрешив по собственному пожеланию, следует ли из этого, что все они по природе злы; 5) если допустить, что это не так, то мог ли любой из них стать злым в первое же мгновенье своего сотворения исключительно по собственному пожеланию; 6) если допустить, что не мог, то был ли какой-нибудь промежуток между его сотворением и отпадением; 7) был ли высший из отпавших ангелов наивысшим из всех; 8) был ли грех главного ангела причиной согрешения остальных; 9) кого было больше, согрешивших или устоявших.
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что в ангелах не может быть никакого зла преступления. В самом деле, зло, как сказал Философ, находится только в том, что пребывает в возможности, поскольку субъект лишенности существует в возможности[269]. Но ангелы, будучи субсистентными формами, не существуют в возможности. Следовательно, в них не может быть никакого зла.
Возражение 2. Далее, ангелы выше небесных тел. Но философы утверждают, что в небесных телах нет зла. Следовательно, тем более нет его и в ангелах.
Возражение 3. Далее, то, что естественно для вещи, всегда пребывает в ней. Но для ангелов естественно двигаться движением любви к Богу Таким образом, эта любовь не может быть отъята от них. Но, любя Бога, они не грешат. Следовательно, ангелы не могут грешить.
Возражение 4. Кроме того, желается только то, что или является благом, или кажется таковым. Но ангелам не может казаться благом то, что поистине не благо, поскольку они не могут заблуждаться – или вообще, или, по крайней мере, до совершения ими [греха] преступления. Поэтому ангелы могут желать только то, что поистине благо. Но никто не грешит, желая то, что поистине благо. Следовательно, в своем желании ангел не грешит.
Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Он… в ангелах Своих усматривает недостатки» (Иов. 4:18).
Отвечаю: ангел, равно как и любая разумная тварь, по природе способен грешить; если же какая-либо тварь свободна от греха, то не благодаря природе, а единственно вследствие дара благодати. Причина этого состоит в том, что прегрешение есть не что иное, как отступление от правильности в действии, будь то [действие] связано с природой, искусством или моралью. Действие же не может быть неправильным только в том случае, если его правило определяется самим действователем. Так, если рука ремесленника при обработке древесины следует установленным им правилам, он не может обрабатывать древесину неправильно, но если правильность обработки будет оцениваться кем-то другим, то обработка может быть признана как правильной, так и неправильной. Но единственным правилом действия Бога является Его воля, ибо она не может быть соотнесена с какой-либо более возвышенной целью. Что же касается сотворенной воли, то каждая такая воля будет сохранять правильность действий лишь до тех пор, пока она будет соотносить их с волею Бога как со своей конечной целью, поскольку всякое пожелание низшего должно сообразовываться с пожеланием высшего (как, например, желание солдата должно сообразовываться с желанием его командира). Поэтому только в воле Бога не может быть никакого греха, тогда как в воле любой твари по природе может иметься грех.
