Ответ на возражение 2. Неразумное животное берет одну вещь вместо другой постольку, поскольку его желание естественным образом определено к этой вещи. Поэтому, как только животному, то ли через посредство чувства, то ли – воображения, предлагается нечто такое, к чему его желание естественным образом склонно, оно движется к нему без какого-либо выбора. Это подобно тому, как огонь движется вверх, а не вниз, и никакого выбора у него нет.
Ответ на возражение 3. Как сказано в третьей [книге] «Физики», «движение – это акт движущегося под воздействием способного двигать»[249]. Поэтому способность движущего проявляется в движении того, что он движет. Следовательно, в том, что движется разумом, порядок движущего его разума очевиден, хотя бы сама по себе движущаяся вещь и была лишена разума; так, стрела через посредство движения лучника движется прямо к цели, как если бы разум непосредственно направлял ее полет. И то же самое можно обнаружить в движении часов и других созданных человеческим искусством механизмов. Но искусственные вещи так соотносятся с человеческим искусством, как все естественные вещи – с искусством божественным. Поэтому, как сказано во второй [книге] «Физики», порядок, наблюдаемый в движущихся естественным образом вещах, подобен [порядку, наблюдаемому] в вещах, движимых разумом. По этой причине в тех действиях неразумных животных, которые в силу естественной склонности наиболее явственно подчинены упорядоченности со стороны Высшего искусства, мы замечаем некоторые признаки рассудительности. По той же причине некоторых животных называют рассудительными или сообразительными, а вовсе не потому, что они способны рассуждать или осуществлять какой-либо сознательный выбор. Последнее очевидно из того обстоятельства, что все особи одной природы неизменно действуют одним и тем же образом.
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что выбор относится не только к средствам. Так, Философ говорит, что «правильным выбор делает добродетель, но не к добродетели, а к другой способности относится то, что естественно делать ради осуществления избранного»[250]. Но то, ради чего делается нечто, является целью. Следовательно, выбор относится [также и] к цели.
Возражение 2. Далее, выбор подразумевает предпочтение одной вещи другой. Но предпочтение можно отдавать как средствам, так и целям. Следовательно, выбор может относиться как к средствам, так и к целям.
Этому противоречат слова Философа о том, что «если желание направлено на цель, то выбор имеет дело со средствами»[251].
Отвечаю: как уже было сказано (1), выбор следует из решения или суждения, которое, в свою очередь, является заключением практического силлогизма. Следовательно, материей выбора является заключение практического силлогизма. Но в практических вещах, как говорит Философ, цель выступает в качестве начала, а не заключения[252]. Следовательно, цель не является материей выбора.
Но как в спекулятивном познании ничто не препятствует тому, чтобы начало одного доказательства или одной науки являлось заключением другого доказательства или науки (ведь только первое недоказуемое начало не может являться заключением какого-либо доказательства или науки), точно так же и то, что является целью одной деятельности, может быть [в свою очередь] определено к чему-либо как к своей цели, и тогда оно выступает в качестве материи выбора. Так, целью работы врача является здоровье, и потому оно не является для врача материей выбора, но – материей начала. Однако телесное здоровье определено к благу души и, следовательно, для того, кто озабочен здоровьем души, здоровье или болезнь может являться материей выбора; так, апостол говорит: «Когда я немощен, тогда силен» (2 Кор. 12:10). Что же касается конечной цели, то она ни при каких обстоятельствах не является материей выбора.
Ответ на возражение 1. Надлежащие цели добродетелей определены к счастью как к своей конечной цели, и с этой точки зрения они могут являться материей выбора.
Ответ на возражение 2. Как было показано выше (1, 5), существует только одна конечная цель. Поэтому там, где налицо несколько целей, они могут выступать субъектами выбора в той мере, в какой они определены к последующей цели.
С четвертым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что выбор связан не только с человеческими действиями. В самом деле, выбор относится к средствам. Но средствами являются не только действия, но также и орудия[253]. Следовательно, выбор связан не только с человеческими действиями.