С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что нет такого благодатного дара, который был бы определён к чудотворению. В самом деле, всякая благодать помещает что-то в того, кому даётся. Но чудотворение ничего не помещает в душу получившего его человека, поскольку чудеса происходят даже при соприкосновении с мёртвым телом. Так, мы читаем, что «погребавшие бросили того человека в гроб Елисея – и он при падении своём коснулся костей Елисея; и ожил, и встал на ноги свои» (4 Цар. 13:21). Следовательно, чудотворение не является благодатным даром.
Возражение 2. Далее, дар благодати исходит от Святого Духа, согласно сказанному [апостолом]: «Дары различны, но Дух – один и тот же» (1 Кор. 12:4). Но чудотворение может производиться и нечистым духом, согласно сказанному [в Писании]: «Восстанут лжехристы и лжепророки, и дадут великие знамения и чудеса» (Мф. 24:24). Следовательно, похоже, что чудотворение не является благодатным даром.
Возражение 3. Далее, чудо принято разделять на «знамения», «чудеса» и «силы». Следовательно, неразумно считать благодатным даром «чудотворение» и не считать таковым «творение знамений и сил».
Возражение 4. Далее, чудесное исцеление происходит благодаря силе Божией. Следовательно, дар исцеления не должно отличать от чудотворения.
Возражение 5. Кроме того, чудотворение является следствием веры либо самого творящего, согласно сказанному [апостолом]: «Если имею… всю веру (так что могу и горы переставлять)» (1 Кор. 13:2), либо других людей, ради которых творят чудеса, согласно сказанному [в Писании]: «Не совершил там многих чудес по неверию их» (Мф. 13:58). Следовательно, если вера считается благодатным даром, то считать таковым ещё и чудотворение излишне.
Этому противоречит сказанное апостолом о том, что помимо других благодатных даров «иному» даются «дары исцелений… иному – чудотворений» (1 Кор. 12:9-10).
Отвечаю: как уже было сказано (177, 1), Святой Дух всегда предоставляет Церкви достаточно для того, чтобы достичь спасения, ради которого и сообщаются дары благодати. Затем, помимо того, что получаемое человеком от Бога знание должно обусловливать знание других через посредство дара языков и благодати слова, само произносимое слово должно быть чем-то удостоверено. Для этого и существует чудотворение, согласно сказанному [в Писании]: «И подкреплении слова последующими знамениями» (Мк. 16:20), и это представляется разумным. В самом деле, человек по природе постигает интеллигибельную истину через посредство чувственных следствий. Поэтому подобно тому, как человек, ведомый своим естественным разумом, способен некоторым образом познавать Бога через посредство Его природных следствий, точно так же он возводится к определённой степени сверхъестественного познания объектов веры через посредство некоторых сверхъестественных следствий, которые называются чудесами. Таким образом, чудотворение является благодатным даром.
Ответ на возражение 1. Подобно тому, как пророчество относится ко всему, что может быть сверхъестественно узнано, точно так же чудотворение относится ко всему, что может быть сверхъестественно сделано. Причиной же того и другого является всемогущество Божие, которое не сообщается твари. Поэтому начало чудотворения не может являться укоренённым в душе навыком. С другой стороны, подобно тому, как ум пророка подвигается к сверхъестественному познанию божественным вдохновением, точно так же и ум чудотворца может быть подвигнут к деланию того, что завершится каким-либо обусловленным силою Божией чудом. Иногда оно происходит по молитве, как когда Пётр воскресил умершую Тавифу (Деян. 9:40), а иногда – без какой-либо предшествующей молитвы, как когда Пётр, обличив ложь Анании и Сапфиры, тем самым обрёк их на смерть (Деян. 5:4, 9). Поэтому Григорий говорит, что «святые могут совершать чудеса двояко: иногда совершают их молитвою, иногда – своею властью»[718]. Однако в любом случае главным действователем является Бог, Который инструментально использует либо внутреннее движение человека, либо его речь, либо какое-то внешнее действие, либо даже его прикосновение к мёртвому телу. Поэтому после слов Иисуса [Навина], сказанных им как бы от своего имени: «Стой, солнце, над Гаваоном» (Нав. 10:12), замечено: «И не было такого дня ни прежде, ни после того, в который Господь так слушал бы глас человеческий» (Нав. 10:14).
