Ответ на возражение 3. Грех мысли и грех слова отличаются от греха дела не тогда, когда они соединены все вместе, а когда каждый совершается отдельно, что подобно тому, как одна часть движения отличается от всего движения не тогда, когда движение непрерывно, а только тогда, когда в движении имеется перерыв.
С восьмым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что избыточность и недостаточность не являются видовыми отличиями грехов. В самом деле, избыточность и недостаточность отличаются в отношении «больше» и «меньше». Но «больше» и «меньше» не являются видовыми отличиями. Следовательно, избыточность и недостаточность не являются видовыми отличиями грехов.
Возражение 2. Далее, как грех в практических вопросах возникает вследствие отклонения от правоты разума, точно так же ложь в созерцательных вопросах возникает вследствие отклонения от истины действительности. Но ложь не разделяется на виды из-за того, что она более или менее не соответствует действительности. Следовательно, и грех не разделяется на виды из-за того, что он более или менее отклоняется от правоты разума.
Возражение 3. Далее, как говорит Порфирий, «один вид не может быть составлен из двух». Но избыточность и недостаточность соединяются в одном грехе; так, некоторые бывают разом и скупы, и расточительны, хотя скупость является грехом недостаточности, а мотовство – избыточности. Следовательно, избыточность и недостаточность не являются видовыми отличиями грехов.
Этому противоречит следующее: противоположности различаются по виду, поскольку, как сказано в десятой [книге] «Метафизики», «видовое отличие есть противоположение»[416]. Но пороки, которые различаются согласно избыточности и недостаточности, например скупость и мотовство, противоположны друг другу. Следовательно, они различаются по виду.
Отвечаю: хотя в грехе наличествуют две вещи, а именно сам акт и его неупорядоченность, связанная с тем, что грех является отклонением от порядка разума и божественного закона, разнообразие видов грехов берет свое начало отнюдь не в неупорядоченности, которая, как уже было сказано (1), возникает помимо намерения грешника, но, напротив, в самом акте как завершающемся в объекте, к которому направлено намерение грешника. Следовательно, там, где обнаруживается разнообразие греховных намерений, обнаруживается и разнообразие видов грехов. Но очевидно, что греховное намерение в грехах избыточности отличается от греховного намерения в грехах недостаточности, более того, они противоположны друг другу, например намерение греха чувственности – это любовь к телесным наслаждениям, в то время как намерение греха бесчувственности – это ненависть к ним. Поэтому эти грехи не только различаются по виду, но и противоположны друг другу
Ответ на возражение 1. Хотя «больше» и «меньше» не обусловливают видового отличия, тем не менее, порой они последуют видовому отличию, а именно в той мере, в какой они являются следствием разнообразия форм; так, мы говорим, что огонь легче воздуха. Поэтому, по словам Философа, «те, кто думают, что не бывает различных видов дружбы по той причине, что дружба допускает большую и меньшую степень, уверились в этом без достаточного основания»[417]. И в этом смысле избыточность и недостаточность в отношении разума являются видовыми отличиями грехов, а именно постольку, поскольку они являются следствиями различных намерений.
Ответ на возражение 2. Отклонение от [правоты] разума не входит в намерение грешника, и потому грехи избыточности и недостаточности не принадлежат к одному и тому же виду вследствие [общего] им отклонения от правоты разума. С другой стороны, иногда тот, кто лжет, делает это, желая скрыть истину, и потому в этом отношении не имеет значения, насколько он недоговаривает. Если же отклонение от истины намеренно, то очевидно, что в таком случае «больше» и «меньше» в каждом конкретном случае может быть обусловлено различными причинами, и в этом отношении налицо различные виды лжи, что можно проиллюстрировать на примере «хвастуна», который допускает избыточность ради славы, и «обманщика», который допускает недостаточность ради избежания уплаты своих долгов. Это также объясняет, почему в некоторых случаях ложные мнения противоположны друг другу.
Ответ на возражение 3. Можно быть одновременно расточительным и скупым, но в отношении различных объектов; например, можно быть скупым в присвоении того, что не должно.
Ведь ничто не препятствует тому, чтобы в одном и том же субъекте наличествовали противоположности, если они наличествуют в различных отношениях.
