С другой стороны, грех может акцидентно быть наказанием за грех, и притом трояко. Во-первых, как когда один грех является причиной другого путем устранения того, что ему препятствует. Так, страсти, искушения дьявола и т. п. являются причинами греха, которым препятствует божественная благодать, которую может устранить другой грех. Поэтому коль скоро отлучение от благодати, как уже было сказано (79, 3), является наказанием и исходит от Бога, то результатом является то, что последующий этому [отлучению] грех акцидентно также является наказанием. Именно в указанном смысле апостол говорит, что «предал их Бог в похотях сердец их нечистоте» (Рим. 1:24), то есть их страстям, поскольку когда люди лишаются помощи со стороны божественной благодати, они оказываются, если так можно выразиться, порабощенными своими страстями. Таким вот образом о грехе говорят как о наказании за предшествующий грех. Во-вторых, со стороны субстанции акта, который сам по себе может обусловливать страдание, причем это может быть как внутренний акт, как это имеет место в случае гнева или зависти, так и внешний акт, как это имеет место с тем, кто ради совершения греховного акта претерпевает неприятности и потери, согласно сказанному [в Писании]: «Мы преисполнились делами беззакония и погибели» (Прем. 5:7). В-третьих, со стороны следствия, в каковом случае о грехе говорят как о наказании из-за его следствия. В двух последних случаях грех является наказанием не только за предшествующий грех, но также и за самого себя.
Ответ на возражение 1. Даже в тех случаях, когда Бог наказывает людей путем попущения им впадать в грех, это делается ради блага добродетели. Притом порою это делается ради блага самих наказанных, а именно когда человек вследствие согрешения становится более смиренным или более осторожным. И во всех случаях это полезно другим, которые, видя, как иные люди впадают из греха в грех, исполняются страхом перед согрешением. Что же касается других двух путей, то очевидно, что наказание предназначено для исправления грешника, поскольку уже одного того, что человеку приходится претерпевать и терять вследствие прегрешения, бывает достаточным для того, чтобы отвратить человека от греха.
Ответ на возражение 2. Это возражение рассматривает грех со стороны его сущности, и то же самое можно сказать в ответ на возражение 3.
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что нет такого греха, который бы влек за собой долг вечного наказания. В самом деле, наказание адекватно преступлению, поскольку правосудие есть [воздаяние] по мере, согласно сказанному [в Писании]: «Мерою Ты наказывал его, когда отвергал его» (Ис. 27:8). Но любой грех является временным. Следовательно, нет такого греха, который бы навлекал долг вечного наказания.
Возражение 2. Далее, «наказания – это своего рода лекарства»[567]. Но никакое лечение не может быть бесконечным, поскольку оно направлено к цели, а, как говорит Философ, «то, что направлено к цели, не бесконечно»[568]. Следовательно, никакое наказание не может быть бесконечным.
Возражение 3. Далее, никто не делает что-либо всегда, если не получает от этого удовольствия. Но Бог не радуется человеческим страданиям. Следовательно, Он не наказывает человека вечно.
Возражение 4. Кроме того, акцидентное не бесконечно. Но наказание акцидентно, поскольку оно не соответствует природе наказуемого. Следовательно, оно не может продолжаться вечно.
Этому противоречит сказанное [в Писании]: «Пойдут сии в муку вечную» (Мф. 25:46); и еще: «Кто будет хулить Духа Святого – тому не будет прощения вовек, но подлежит он вечному осуждению» (Мк. 3:29).
