Чистота необходима уму для того, чтобы он мог обратиться к Богу, поскольку человеческий ум испачкан связью с худшими вещами, а между тем все теряет свою ценность, когда к нему примешивается что-либо низменное, например, когда к серебру примешивается свинец. Поэтому для того, чтобы ум мог соединиться с Сверхсущим, он должен отстраниться от низших вещей и, следовательно, без чистоты ум не может обратиться к Богу, в связи с чем читаем [в Писании]: «Старайтесь иметь мир со всеми и святость, без которой никто не увидит Господа» (Евр. 12:14). Неизменность же, со своей стороны, необходима уму для его обращения к Богу постольку, поскольку он обращается к Нему как к первому началу и конечной цели, а такие вещи необходимо являются наиболее непоколебимыми. Поэтому апостол говорит: «Я уверен, что ни смерть, ни жизнь... не может отлучить меня от любви Божией»444 (Рим. 8:38, 39).
Таким образом, благодаря святости человеческий ум обращает себя и свои акты к Богу, и потому она отличается от религии не сущностно, а только логически. В самом деле, она называется религией постольку, поскольку она предлагает Богу надлежащее служение в том, что в первую очередь касается поклонения Божеству, а именно жертвоприношений, причастий и т. д., в то время как святостью она называется постольку, поскольку человек посвящает Богу не только это, но также и дела других добродетелей, а ещё потому, что человек посредством своих добрых дел располагает себя к поклонению Богу.
Ответ на возражение 1. Сущностно святость является особой добродетелью, и в этом отношении она совпадает с религией. Но ей свойственна и некоторая общность в той мере, в какой она посредством своих предписаний направляет акты всех добродетелей к божественному благу, что подобно тому, как и о законной правосудности говорят как об общей добродетели в той мере, в какой она направляет акты всех добродетелей к общественному благу.
Ответ на возражение 2. Та чистота, которую практикует умеренность, не обладает признаком святости, если она не обращена к Богу. Так, Августин, рассуждая о девственности, говорит, что «ее прочитают не как таковую, а за то, что она посвящена Богу».
Ответ на возражение 3. Как уже было сказано, святость отличается от религии не в действительности, а логически.
Вопрос 82. О ВНУТРЕННИХ АКТАХ РЕЛИГИИ [И В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ] О НАБОЖНОСТИ
Теперь мы должны исследовать религиозные акты. Во-первых, мы рассмотрим внутренние акты, которые, как уже было сказано, являются главными актами; во-вторых, мы рассмотрим внешние акты, которые вторичны. Внутренние акты религии — это, похоже, набожность и молитва. Поэтому мы вначале поговорим о набожности, а затем — о молитве.
Под первым заглавием наличествует четыре пункта: 1) является ли набожность особым актом; 2) является ли она актом религии; 3) о причине набожности; 4) о её следствии.
Раздел 1. ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ НАБОЖНОСТЬ ОСОБЫМ АКТОМ?
С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что набожность не является особым актом. В самом деле, то, что дает определение другим актам, по-видимому не является особым актом. Но набожность, похоже, определяет другие акты, согласно сказанному [в Писании]: «И понесло все собрание жертвы и благодарственные приношения, и всякий, кто был набожен умом, — всесожжения»445 (2 Пар. 29:31). Следовательно, набожность не является особым актом.
Возражение 2. Далее, особый вид акта не может быть общ различным родам актов. Но набожность обща различным родам актов, а именно телесным и духовным актам (ведь говорят же о человеке и как о набожно размышляющем, и как о набожно преклоняющем колени). Следовательно, набожность не является особым актом.
Возражение 3. Далее, любой особый акт принадлежит или желающей, или познавательной добродетели или способности. Но набожность не принадлежит ни одной из них, что нетрудно заметить, если просмотреть приведенный ранее (I, 78 и далее; II-I, 23, 4) перечень разных видов актов каждой из способностей. Следовательно, набожность не является особым актом.
Этому противоречит следующее: как уже было сказано (II-I, 21, 3, 4), заслуги приобретаются посредством действий. Но у набожности есть особое основание для заслуги. Следовательно, набожность — это особый акт.
