С первым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что религия направляет человека не только к Богу. Ведь сказано же [в Писании]: «Чистая и непорочная религия пред Богом и Отцом есть то, чтобы призирать сирот и вдов в их скорбях и хранить себя неоскверненным от мира»[423](Иак. 1:27). Но «призирать сирот и вдов» означает упорядоченность человека к ближнему, а «хранить себя неоскверненным от мира» означает упорядоченность человека к самому себе. Следовательно, религия не подразумевает упорядоченности к одному только Богу.
Возражение 2. Далее, Августин говорит, что «коль скоро по употреблению этого слова [(religio)] у латинян – не только неученых, но и ученейших – требуется соблюдать религию и в отношениях родства, свойства и других связей, то этим словом не устраняется двусмысленность, когда речь идет о почитании, приличествующем Божеству, так что нам трудно с несомненностью утверждать, что под религией следует понимать именно то почитание, которое должно оказываться только Богу»[424]. Следовательно, религия означает отношение не только к Богу, но и к нашей родне.
Возражение 3. Далее, похоже, что «latria» относится к религии. Затем, как говорит Августин, «[слово] «latria» принято переводить как «servitus» (служение)»[425]. Но мы обязаны служить не только Богу, но и ближнему, согласно сказанному [в Писании]: «Любовью служите друг другу» ((ал. 5, 13). Следовательно, религия подразумевает также и отношение к ближнему.
Возражение 4. Далее, с религией связано поклонение. Но о человеке говорят, что он поклоняется не только Богу, но и ближнему, согласно сказанному Катоном: «Кланяйся твоим родителям». Следовательно, религия направляет нас не только к Богу, но и к ближнему.
Возражение 5. Кроме того, находящиеся в состоянии благодати подчинены Богу. Однако не всех находящихся в состоянии благодати называют религиозными, а только тех, которые связывают себя некоторыми клятвами и соблюдениями и повинуются определенным людям. Следовательно, религия, похоже, не означает подчинения человека Богу.
Этому противоречит сказанное Туллием о том, что «религия состоит в отправлении служб и церемониальных обрядов и поклонении высшей природе, которую люди называют божественной»[426].
Отвечаю: Исидор говорит, что «по мнению Цицерона, человека называют религиозным от слова «religio», поскольку он часто размышляет и, так сказать, вновь соединяет (relegit) [в себе] то, что касается поклонения Богу»[427]. Таким образом, похоже, что религия получила свое имя от соединения тех вещей, которые связаны с поклонением Божеству, поскольку мы должны постоянно размышлять о таких вещах в наших сердцах, согласно сказанному [в Писании]: «Во всех путях твоих познавай Его» (Прит 3:6). Августин, со своей стороны, полагает, что происхождение этого термина связано с тем, что «мы должны вновь избирать (reeligere) Бога, Которого мы теряем по небрежению (negligere)»[428]. Также не исключено, что слово «религия» произошло от «геНдаге» (связывать вместе), поскольку, как говорит Августин, «пусть религия связывает нас с одним только всемогущим Богом»[429]. Впрочем, независимо от того, получила ли религия свое имя от некоего постоянного соединения, или от повторного избрания того, что было утрачено по небрежению, или от того факта, что она является связью, она в строгом смысле слова указывает на отношение к Богу. В самом деле, именно с Ним мы должны быть соединены как с нашим неизменным началом; именно Его мы должны непоколебимо избирать как нашу конечную цель; именно Его мы теряем, пренебрегая Им посредством греха, и должны вновь обретать, веруя в Него и исповедуя нашу веру.
