Отвечаю: как уже было сказано (2), под деньгами должно понимать все, стоимость чего может быть измерена деньгами. Но очевидно, что человеческая услуга определена к некоторой пользе, которую можно измерить деньгами, по каковой причине слуг нанимают за деньги. Поэтому предоставление духовной вещи в обмен на предоставленную или имеющую быть предоставленной услугу есть то же самое, что и предоставить её за деньги, полученные или обещанные, в которых может быть оценена эта услуга. И точно так же предоставление её по просьбе человека о преходящей благосклонности определено к некоторой пользе, которая может быть выражена в деньгах. Поэтому подобно тому, как человек становится виновным в симонии, принимая деньги или какую-либо преходящую вещь, то есть то, что принято называть «натуральным вознаграждением», точно так же он становится в ней виновным, принимая «устное вознаграждение» или «равноценную услугу».
Ответ на возражение 1. Если клирик предоставляет прелату законную услугу, определенную к духовным вещам (например, к благу Церкви или её служителей), то он становится достойным церковной бенефиции по причине своей набожности, которая побудила его к служению, осуществляемому им ради исполнения доброго дела. Поэтому в настоящем случае речь не идет о вознаграждении за оказанную услугу, что и имел в виду Григорий. Но если услуга незаконна или определена к чувственным вещам (например, если оказанная прелату услуга связана с прибылью его родни, увеличением его имущества и тому подобным), то тогда налицо вознаграждение за оказанную услугу, то есть – симония.
Ответ на возражение 2. Дарение человеку духовной вещи по причине родства или какой-либо иной телесной привязанности является незаконным и чувственным, но не является симонией, поскольку за отсутствием получения чего-либо взамен не подразумевает наличия купли-продажи, на которой зиждется симония. А вот представление человеку церковной бенефиции при наличии понимания или намерения обеспечить из дохода от нее своего родственника является очевидной симонией.
Ответ на возражение 3. Устное вознаграждение означает или похвалу, которая связана с человеческой благосклонностью, которая имеет свою цену, или просьбу, благодаря которой или добиваются человеческой благосклонности, или избегают противоположного [ей]. Поэтому если оно производится в первую очередь ради этого, то налицо симония. Затем, когда кто-либо просит о чем-то для недостойного, то это, похоже, означает, что именно таковым и является его главное намерение, то есть речь идет о непосредственно симонии. Если же просьба касается человека достойного, то речь не идет о непосредственно симонии, поскольку в основании этой просьбы лежит праведная причина предоставления духовной вещи тому, о ком просят. Однако здесь может присутствовать симония в намерении в том случае, если просителю важна не достойность человека, а его благосклонность. Если же человек просит о себе, рассчитывая получить приход, то такая его самонадеянность говорит о его недостойности, а потому и просьба связана с недостойным человеком. Однако при наличии сильной нужды допустимо просить для себя церковную бенефицию, но без того, чтобы получить приход.
Ответ на возражение 4. Лицемер не предоставляет духовную вещь в обмен на похвалу, он только демонстрирует её и под лживым предлогом скорее украдкой присваивает, чем покупает человеческую похвалу. Таким образом, похоже, что лицемера нельзя обвинить в симонии.
С шестым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что неправильно наказывать виновных в симонии лишением того, что они приобрели с помощью симонии. Ведь симония совершается тогда, когда духовные вещи получаются взамен вознаграждения. Но некоторые духовные вещи, будучи единожды обретены, не могут быть утрачены, например, все то, что запечатлено посредством освящения. Следовательно, неправильно наказывать человека лишением того, что он приобрел с помощью симонии.
Возражение 2. Далее, подчас случается так, что тот, кто с помощью симонии получил епископат, своею властью предписывает своему подчиненному делать для него то или это, и очевидно, что подчиненный обязан повиноваться ему дотоле, доколе его терпит Церковь. Но никто не вправе получать что-либо от того, кто не вправе давать. Следовательно, епископ не утрачивает своей епископской власти, если он приобрел её с помощью симонии.
