Возражение 3. Далее, пользование деньгами состоит не только в их предоставлении, но также и в их трате. Но трата денег связана с тратящим и потому не может являться актом щедрости, поскольку, по словам Сенеки, «не щедр тот, кто дарит самому себе»[793]. Следовательно, не всякое пользование деньгами связано со щедростью.
Этому противоречат слова Философа о том, что «лучше всех пользуется всякой вещью тот, кто обладает соответствующей добродетелью. Значит, и богатством воспользуется лучше всего тот, чья добродетель связана с деньгами»[794]. Но именно таковым и является щедрый. Следовательно, доброе пользование деньгами является актом щедрости.
Отвечаю: как уже было сказано 18, 2), свой вид акт получает от своего объекта. Но объектом, или материей, щедрости, как было показано в предыдущем разделе, являются деньги и все, стоимость чего измеряется деньгами. И так как любая добродетель сообразуется со своим объектом, из этого следует, что коль скоро щедрость является добродетелью, её акт связан с деньгами. Затем, деньги относятся к используемым благам, поскольку все внешние блага определены к тому, чтобы человек их использовал. Следовательно, надлежащим актом щедрости является пользование деньгами, или богатством.
Ответ на возражение 1. Щедрости тоже приличествует доброе пользование богатством, а именно постольку, поскольку богатство является надлежащей материей щедрости. С другой стороны, правосудности приличествует пользоваться богатством под другим аспектом, а именно аспектом долженствования, в той мере, в какой внешняя вещь принадлежит другому. Великолепию же приличествует пользоваться богатством под особым аспектом, а именно постольку, поскольку, так сказать, оно используется ради исполнения чего-то великого. Поэтому великолепие относится к щедрости как нечто дополняющее ее, о чем мы поговорим ниже (134).
Ответ на возражение 2. Добродетельному надлежит не только хорошо пользоваться своей материей или инструментом, но и обеспечивать возможность для доброго пользования. Так, мужеству солдата надлежит не только использовать меч против врага, но и острить его и хранить в ножнах. И точно так же щедрости надлежит не только пользоваться деньгами, но и хранить их в целости и безопасности для того, чтобы иметь возможность их правильно использовать.
Ответ на возражение 3. Как уже было сказано (2), ближайшей материей щедрости, посредством которой человек имеет дело с деньгами, являются внутренние страсти. Поэтому щедрости в первую очередь надлежит делать так, чтобы человеку ничто не препятствовало должным образом пользоваться деньгами, каковое [препятствие] может возникнуть вследствие той или иной неупорядоченной склонности к ним. Затем, существует двоякое пользование деньгами. Первое состоит в пользовании ими для себя и, похоже, называется затратами, или расходами, в то время как другое состоит в том, чтобы давать пользоваться ими другим, и называется дарами. Таким образом, щедрости надлежит делать так, чтобы человек не встречал препятствий со стороны неумеренной любви к деньгам ни в смысле правильной их траты, ни в смысле приличествующего дарения. Поэтому щедрость, как говорит Философ, связана с тратой и даянием[795]. Что же касается слов Сенеки, то они относятся к щедрости со стороны даяния, поскольку человека не называют щедрым потому, что он дает что-то самому себе.
С четвёртым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что щедрому не надлежит в первую очередь давать. В самом деле, щедрость, подобно всем остальным нравственным добродетелям, руководствуется рассудительностью. Но рассудительности, похоже, приличествует оберегать состояние. Поэтому Философ говорит, что «легче тратят те, которые не сами нажили состояние, а получили его по наследству – ведь они не испытывали нужды»[796]. Следовательно, похоже, что щедрому не надлежит в первую очередь давать.
Возражение 2. Далее, никто не испытывает сожаления в связи с тем, что он делает то, что он хотел бы в первую очередь делать. Но щедрый подчас сожалеет о том, что дал, и при этом он не дает всем, о чем читаем в четвертой [книге] «Этики»[797]. Следовательно, щедрому не свойственно в первую очередь давать.
Возражение 3. Далее, чтобы делать то, что в первую очередь хочется делать, человек использует все доступные ему способы. Но щедрый, как замечает Философ, не станет просителем[798], хотя, прося, он мог бы доставать средства для даяния другим. Следовательно, похоже, что он не стремится к даянию в первую очередь.
Возражение 4. Кроме того, человек обязан в первую очередь заботиться о себе, а уже потом – о других. Но когда он тратит, он заботится о себе, а когда дает – о других. Следовательно, щедрому приличествует скорее тратить, чем давать.
