Отвечаю: сияние, принятое Христом при Своем преображении, было сиянием славы со стороны ее сущности, но не со стороны модуса ее бытия. В самом деле, как говорит Августин, сияние прославленного тела проистекает из сияния души. И точно так же, по словам Дамаскина, сияние тела Христова при Его преображении проистекало из Его Божества и из славы Его души. То же, что слава души Христовой не изливалась в Его тело от момента Его зачатия, было связано с неким божественным Промыслом, чтобы, как было показано выше (14, 1), Он мог исполнить тайну нашего искупления в подверженном страстям теле. Однако это не лишало Христа власти изливать славу Своей души в Свое тело, что и имело место в случае сияния во время Его преображения, хотя при этом оно отличалось от сияния в прославленном теле. Ведь сияние души изливается в прославленное тело посредством воздействующего на тело постоянного качества. Поэтому в телесном сиянии прославленного тела нет ничего чудесного. Но при преображении Христа сияние изливалось в Его тело из Его Божества и Его души не как имманентное качество, воздействующее на Его тело, а, пожалуй, как некое преходящее претерпевание, как когда воздух просветляется солнцем. Следовательно, появившееся в теле Христовом сияние было чудесным, равно как чудесным было Его хождение по водам. Поэтому Дионисий говорит, что «в отношении человеческого Христос соделывает и помимо человеческого, о чем свидетельствуют и сверхъестественное зачатие Девы, и удержание телесного веса зыбкими водами».
Таким образом, мы не должны соглашаться с Гуго Сен-Викторским, который утверждал, что Христос принял дар осияния при преображении, легкости при хождении по водам и тонкости при рождении из девственной утробы, поскольку дары являются имманентными качествами прославленного тела. Напротив, всем, что связано с дарами, Он обладал чудесно. Нечто подобное мы уже говорили (П-П, 175, 3) относительно видения души, которым Павел созерцал Бога в экстазе.
Ответ на возражение 1. . приведенных словах речь идет не о том, что сияние Христа не было сиянием славы, а о том, что оно не было сиянием прославленного тела, поскольку тело Христа еще не стало бессмертным. И подобно тому, как согласно Промыслу в Христе слава души не должна была изливаться в тело, точно так же, возможно, согласно тому же Промыслу она могла изливаться в отношении дара осиянности, но не в отношении дара бесстрастия.
Ответ на возражение 2. Об этом сиянии говорят как об образе не потому, что оно не было действительным сиянием славы, а потому, что оно было своего рода образом, представляющим то совершенство славы, действенностью которой будет прославлено тело.
Ответ на возражение 3. Подобно тому, как сияние тела Христа было образом будущего сияния Его тела, точно также сияние Его одежд означало будущее сияние святых, которое уступает сиянию Христа как сияние света уступает сиянию солнца. Поэтому Григорий говорит, что одежды Христа сделались белыми «потому, что в высоте небесного сияния все святые прилепятся к Нему в сиянии праведности. Ибо Его одежды означают праведников, которых Он соединит с собой»[194], согласно сказанному [в Писании]: «Всеми ими ты облечешься, как убранством» (Ис. 49:18).
Светлое облако означает славу Святого Духа или, как говорит Ориген, «силу Отца», которая осенит святых в их грядущей славе. Или, возможно, оно означает сияние искупленного мира, каковое сияние, как куща, покроет святых. Поэтому «светлое облако осенило» учеников после того, как Петр предложил сделать кущи.
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что свидетели преображения были выбраны ненадлежащим образом. В самом деле, лучшим свидетелем является знающий. Но во время преображения Христова только ангелы по опыту знали об имеющей прийти славе. Следовательно, свидетелями преображения должны были быть не люди, а ангелы.
Возражение 2. Далее, свидетельству истины приличествует правда, а не вымысел. Но Моисей и Илия были там не в действительности, а только в представлении; так, глосса на слова [Писания]: «Которые были Моисей и Илия» (Лк. 9:30), говорит: «Должно иметь в виду, что Моисей и Илия не были там ни телесно, ни душевно», а еще, что представленные тела были образованы «из какой-то пригодной для этого материи. Возможно, они были следствием ангельского служения, то есть их роль исполняли ангелы». Следовательно, похоже, что они не были надлежащими свидетелями.
Возражение 3. Далее, [в Писании] сказано, что «все пророки свидетельствуют» о Христе (Деян. 10:43). Следовательно, в качестве свидетелей должны были быть выбраны все пророки, а не только Моисей и Илия.
