Ответ на возражение 2. Искушение бывает двоякого свойства. Первое – со стороны человека, как, например, когда человек, не уклоняясь от возможности согрешить, сам подводит себя к греху. Таких случаев искушения нужно избегать, в связи с чем Лоту было сказано: «Нигде не останавливайся в окрестности» Содома (Быт 19:17).
Другое искушение – со стороны дьявола, который, как говорит Амвросий, всегда «завидует стремящимся к лучшему», и подобного рода искушений избегать не нужно. Поэтому Златоуст говорит: «Не один только Христос выведен был Духом в пустыню, но и все чада Божие, имеющие Духа Святого. Ведь таким заказана праздность, поскольку Святой Дух побуждает их стремиться к лучшему, то есть, по мнению дьявола, в пустыню, ибо там отсутствует та неправедность, которой так радуется дьявол. Кроме того, всякое доброе дело, если сравнить его с плотью и миром, пустынно, поскольку оно не по похоти плоти и мира»[161]. Но в предоставлении дьяволу такой возможности искушать нет ничего опасного – ведь вспомоществование Святого Духа, Водителя совершенных дел, несравнимо могущественней любых нападений завистливого дьявола.
Ответ на возражение 3. Иные говорят, что все искушения имели место в пустыне. При этом некоторые из них полагают, что Христос был перенесен в Святой Город не в действительности, а в воображении, в то время как другие думают, что под «пустыней» здесь надлежит разуметь сам Святой Город, то есть Иерусалим, поскольку он был оставлен Богом. Однако все такого рода толкования излишни, поскольку Марк говорит, что Он был искушаем в пустыне дьяволом, но не говорит, что Он был искушаем в одной только пустыне.
С третьим [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что искушению Христа не должно было произойти после Его поста. В самом деле, нами уже было сказано (40, 2) о том, что Христу не надлежало вести аскетическую жизнь. Но ничего не есть в течение сорока дней и сорока ночей является крайним аскетизмом, а между тем Григорий, разъясняя сказанное о том, что Он постился «сорок дней и сорок ночей», говорит, что «в течение этого времени Он не принимал никакой пищи вообще». Следовательно, похоже, что Ему не должно было поститься перед Своим искушением.
Возражение 2. Далее, [в Писании] сказано о том, что Иисус пробыл «в пустыне сорок дней, искушаемый сатаною» (Мк. 1:13). Но Он постился сорок дней и сорок ночей. Следовательно, похоже, что Он был искушаем дьяволом не после, а в течение Своего поста.
Возражение 3. Далее, мы читаем, что Христос постился единожды. Однако дьявол искушал Его не единожды, по каковой причине [в Писании] сказано, что «окончив все искушение, диавол отошел от него до времени» (Лк. 4:13). Следовательно, коль скоро Он не постился перед вторым искушением, Ему не должно было поститься и перед первым.
Этому противоречат слова [Писания] о том, что Иисус, «постившись сорок дней и сорок ночей, напоследок взалкал; и приступил к Нему искуситель» (Мф. 4:2, 3).
Отвечаю: Христу приличествовало поститься перед Своим искушением. Во-первых, чтобы подать нам пример. В самом деле, поскольку все мы, как было показано выше (1), крайне нуждаемся в укреплении против искушений, Он, постившись перед Своим искушением, научил нас тому сколь важен пост как оружие против искушения. Поэтому апостол в своем перечислении упоминает «посты» вместе с «оружием правды» (2 Кор. 6:5, 7).
Во-вторых, чтобы показать, что дьявол нападает с искушениями даже на постящихся, равно как и на иных добрых делателей. Ради этого искушение Христа произошло и после Его поста, и после Его крещения. Поэтому Златоуст говорит: «Этим ты был научен тому, сколь великим благом и сколь крепким щитом против дьявола является пост, а еще – что после крещения тебе надлежит не роскошествовать, а поститься. Поэтому Он постился не как нуждающийся в посте, а ради обучения нас».
В-третьих, потому, что вследствие поста возник голод, обнаружив который, дьявол, как уже было сказано (1), осмелился приступить к Нему Ведь Господь, по словам Илария, «взалкал не потому, что был превозможен голодом, а потому, что Он предоставил человечность ее природе, поскольку дьявол должен был быть побежден не Богом, но плотью». По той же причине, говорит Златоуст, «Он постился не дольше, чем Моисей или Илия, а именно чтобы Его принятие нашей плоти не представлялось чем-то неправдоподобным».
