Ответ на возражение 1. В таинстве крещения человек сообразуется со смертью Христа и получает Его печать. И так как Христос умер единожды, то и человек должен креститься единожды. Но в этом таинстве человек получает не печать Христа, а Самого Христа, сила Которого не иссякает вовек, в связи с чем читаем: «Он одним приношением навсегда сделал совершенными освящаемых» (Евр. 10:14). Следовательно, коль скоро человек ежедневно нуждается в целительной силе Христа, он может ежедневно получать это таинство без какого бы то ни было осуждения.
И так как крещение – это в первую очередь духовное возрождение, то как единожды человек рождается по природе, точно так же единожды он должен быть повторно рожден духовно посредством крещения, как говорит Августин[203], комментируя слова [Писания]: «Как может человек родиться, будучи стар?» (Ин. 3:4). Но это таинство суть духовная пища, и потому как телесная пища принимается ежедневно, точно так же и в ежедневном получении этого таинства нет ничего дурного. Поэтому Господь учит нас молиться: «Хлеб наш насущный подавай нам на каждый день» (Лк. 11:3), каковые слова Августин поясняет так: «Если ты получаешь его», то есть это таинство, каждый день, «то каждый день – это для тебя сегодня, и Христос воскресает в тебе каждый день, поскольку когда Христос воскресает – это и есть сегодня».
Ответ на возражение 2. Пасхальный агнец был образом этого таинства в первую очередь в отношении представленных в нем страстей Христовых, и потому его ели лишь раз в году, поскольку Христос умер единожды. По той же причине и Церковь отправляет службу в память о страстях Христа один раз в год. Но в этом таинстве Его страсти поминаются посредством той пищи, которая вкушается ежедневно, так что в указанном отношении его образом была манна, которая ежедневно давалась людям в пустыне.
Ответ на возражение 3. Почитание этого таинства заключается в страхе, соединенном с любовью. Поэтому почтительный страх Божий, как было сказано нами во второй [части] (ИИ-И, 67, 4; ИИ-ИИ, 19, 9), называется сыновним страхом – ведь желание получения возникает из любви, тогда как смиренность почитания зиждется на страхе. Таким образом, почитанию может приличествовать как ежедневное получение, так и воздержание от него. В связи с этим Августин пишет так: «Если кто говорит, что Евхаристию нельзя получать ежедневно, а другой держится противоположного, то пусть каждый поступает так, как подсказывает ему его благочестие, ибо Закхей и сотник не противоречили друг другу, хотя первый принял Господа с радостью, а второй сказал: «Господи! Я – недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой», поскольку оба, пусть и по– разному, почтили нашего Спасителя». Однако любовь и надежда, как постоянно убеждает нас Писание, предпочтительней страха. Поэтому когда Петр сказал: «Выйди от меня, Господи, потому что я – человек грешный!», Иисус ответил: «Не бойся».
Ответ на возражение 4. Господь сказал: «Хлеб наш насущный подавай нам на каждый день» (Лк. 11:3), и потому мы не вправе причащаться по несколько раз на дню – ведь о единстве страстей Христовых свидетельствует одно причащение в день.
Ответ на возражение 5. В разные времена Церковь устанавливала различные уставы. В ранней Церкви, когда благочестие христианской веры процветало, было предписано, что верному надлежит причащаться каждый день; поэтому папа Анаклет говорит: «По завершении освящения пусть те, кто не желает отсечь себя от Церкви, причастятся, ибо так установлено апостолами и к тому обязывает святая римская Церковь». Позже, когда пыл веры ослаб, папа Фабиан дозволил «всем причащаться не реже чем хотя бы три раза в год, а именно на Пасху, Пятидесятницу и Рождество». И точно так же папа Сотер объявил, что причастие должно получать «в святой четверг», о чем читаем в «Декреталиях». Еще позже, когда «умножилось беззаконие и охладела любовь», папа Иннокентий III постановил, чтобы верные причащались «по крайней мере, один раз в год», а именно на Пасху. Однако в «Церковных догматах» верным рекомендуются «причащаться во все воскресенья».
С одиннадцатым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что полностью воздерживаться от причастия допустимо. Ведь хвалят же сотника за слова: «Господи! Я – недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой» (Мф. 8:8), а между тем, как было показано выше (10), полностью воздерживающийся от причастия схож с этим сотником. Следовательно, коль скоро мы не читаем о том, что Христос вошел в его дом, то дело представляется так, что любой индивид вправе всю свою жизнь воздерживаться от причастия.
