Некоторые же атрибутировали различие вещей вторичным деятелям. Как, например, Авиценна, который говорил, что Бог, познавая себя, производит первую интеллигенцию, в которой, поскольку она не есть свое бытие, с необходимостью происходит соединение потенции и акта, как будет ясно ниже (q. 50, a. 3). Следовательно, первая интеллигенция, коль скоро она познает первую причину, произвела вторую интеллигенцию, а та, коль скоро она познает себя согласно тому, что находится в потенции, произвела тело неба, которое движет, коль скоро же познает себя согласно тому, что имеет актуально, произвела душу неба.
Но это мнение не может устоять по двум причинам. Во-первых, выше было показано (q. 45, a. 5), что творить присуще только Богу. Поэтому то, что не может быть произведено причиной иначе, как посредством творения, производится только от Бога, и таково все, что не подлежит порождению и разрушению. Во-вторых, поскольку согласно этому мнению общность вещей происходила бы не из намерения первого действующего, а из схождения многих действующих причин. Такое же происхождение мы называем случайным. Таким образом, следовало бы, что завершенность общего, которая состоит в различии вещей, была бы случайной, что невозможно.
Поэтому следует сказать, что различие и множественность вещей существует согласно намерению первого действующего, то есть Бога. Он же произвел вещи в бытие из-за Своей благости, которая должна передаваться творениям и быть явленной в них. И поскольку Его благость не может быть достаточным образом представлена одним творением, Он произвел многие и различные творения, чтобы то, чего недостает одному для представления божественной благости, восполнялось другим, ведь благость, которая существует в Боге простым и единообразным способом, в творениях существует множественным и различным образом. Поэтому весь универсум причастен божественной благости и представляет ее более совершенно, чем какое-либо другое творение. И поскольку причина различия вещей происходит от божественной мудрости, то Моисей говорит, что вещи различны по слову божьему, которое есть восприемница мудрости. И это – то, что говорится в книге Бытия (Быт. 1, 3–4): «Сказал Бог: да будет свет. И отделил свет от тьмы».
1. Итак, относительно первого следует сказать: тот, кто действует посредством природы, действует посредством формы, благодаря которой он есть; у одного же действующего только одна форма, и потому он действует только единым образом. Действующий же свободно, каковым является Бог, как выше было показано (q. 19, a. 4), действует посредством мысленной формы. Следовательно, поскольку то, что Бог познает многое, не противоречит Его единству и простоте, как выше было показано (q. 15, a. 2), то остается заключить, что хотя Он един, Он может производить многое.
2. Относительно второго следует сказать, что это рассуждение имело бы силу относительно того, что произведено по прообразу и в совершенстве представляет прообраз, умножающийся только материально. Поэтому несотворенный образ, который является совершенным, есть только один. Но никакое творение не представляет первый прообраз, то есть божественную сущность, совершенно. И поэтому она должна быть представлена многими. И, однако, согласно тому, что идеи называются прообразами, то множественности вещей соответствует множественность идей в божественном уме.
3. Относительно третьего следует сказать, что в теоретических науках средняя посылка доказательства, которое совершенно доказывает заключение, есть только одна, но средних вероятностных существует много. И, схожим образом, в практических науках, коль скоро то, что есть, ради цели сообразуется, как мы сказали бы, с целью, требуется, чтобы оно было только одно. Но творение не так относится к своей цели, то есть Богу. Поэтому надлежит, чтобы творения умножались.
1. Кажется, что неравенство вещей не происходит от Бога. Ведь наилучшему свойственно быть причиной наилучшего. Но среди наилучших одно не является лучшим, чем другое. Следовательно, Богу, который является наилучшим, свойственно создавать все равным.
2. Кроме того, равенство – действие единства, как говорится в пятой книге «Метафизики» (Аристотеля, 1021а 12). Но Бог является единым. Следовательно, он создает все равным.
3. Кроме того, справедливости свойственно воздавать неравному неравное. Но Бог справедлив во всех Своих действиях. Следовательно, поскольку Его действию, которым Он сообщает бытие вещам, не предпосылается некоторое неравенство вещей, то кажется, что Он создает все равным.
Но против то, что говорится в книге Екклезиастика (Сир. 33, 7): «Почему день превосходит день, и также свет превосходит свет, и год – год, и солнце – солнце? Они разделены мудростью божьей».
