— Что это был единственный совет, который мистер Мейсон
— Послушайте, вы можете не беспокоиться обо мне, — заверила ее Мей. — Скажите мистеру Мейсону, пусть он делает, что задумал, и не волнуется о том, что я буду говорить. Ничего Гуллинг от меня не добьется.
Женщины с минуту смотрели друг на друга, и вдруг Мей обняла Деллу:
— Бедняжка! — сказала она. — Вы вся дрожите. Так плохо?
— Ужасно, — призналась Делла, — я очень беспокоюсь.
— Все будет хорошо! Сожмите зубы и поддержите его. Передайте ему, что я сказала.
Делла с чувством пожала ей руку.
— Я не могу ему все передать. Это вещи, о которых не говорят. Мы просто… Ну, в такое время мы должны просто доверять друг другу.
Лифт остановился, дверь медленно открылась, и Мей Бэгли вошла в кабину, на прощание ободряюще помахав Делле рукой.
Делла медленно пошла обратно. Тут остановилась еще одна кабина, и из нее вылетела Кора Фелтон.
— О, здравствуйте! — сказала Делла. — Шеф ждет вас. У нас очень мало времени. — И она ввела Кору Фелтон в кабинет Мейсона.
Мейсон все еще продолжал шагать из угла в угол.
— Здравствуйте, Кора, — сказал он. — Садитесь. Расскажите мне, что произошло.
— Мистер Мейсон, я просто не знаю. Я совершенно перестала верить тете Адель. Не могу понять, зачем она сделала это.
— Что она говорит теперь?
— Она говорит, что подобрала бумажник и заинтересовалась, почему Хайнс оставил его. Она открывала дверь в спальню и нашла тело. Первой ее мыслью было, что, возможно, никто не знает, что у него был бумажник, и она может оставить его себе. Она не знала, сколько там денег, но чувствовала, что много. Когда ей подвернулась возможность посмотреть — это когда Эва звонила вам и в полицию, — она увидела крупные купюры и укрепилась в своем решении скрыть его. Ей всегда приходилось полагаться только на себя, ей в жизни пришлось несладко, а ведь она столько делала для людей…
— Не заботьтесь об оправдании, — прервал ее Мейсон. — Рассказывайте дальше.
— Так вот, когда полицейские схватили ее и стали спрашивать, где она его взяла, она испугалась и солгала. Она решила, что единственный способ выкрутиться, это сказать, что бумажник попал к ней до того, как Хайнса убили. Она говорит, что тогда еще не знала, что Хайнса убили из ее револьвера. Это значит, что убийство произошло, когда Эва с тетей Адель были внизу, а она думала, что позже — после того, как она вышла из квартиры.
— А почему, собственно, она рассказала вам это? — спросил Мейсон.
— Причина есть. К ней в камеру подсадили одну женщину. Ее обвиняют в убийстве мужа. Женщина оказалась приятной, и они с тетей Адель стали откровенничать. Та рассказала о своем деле все, тетя Адель тоже что-то сказала. Так вот, когда тетю Адель вывели зачем-то из камеры, одна из заключенных подождала, пока сопровождающая отошла подальше, а потом на тюремном жаргоне шепнула тете Адель, чтобы она держала рот на замке, так как к ней подсадили «наседку». Тетя Адель сначала не поняла, а когда до нее дошло, она впала в панику.
— Я ее понимаю, — угрюмо сказал Мейсон. — Что за мерзость!
Делла, которая внимательно следила за временем, сказала:
— Вам пора, шеф.
Мейсон кивнул, надел шляпу и взял портфель.
— Это существенно, мистер Мейсон? — в волнении спросила Кора.
— Существенно! — с сарказмом повторил Мейсон. — Да зсю защиту после этого остается выкинуть в окошко! Как только она признается, что дала ложные показания, ее… — Он остановился, так как зазвонил телефон.
Делла схватила трубку: «Алло. Да… подождите минуту, Пол. Он уходит…»
— Алло, Пол! Что-нибудь новое?
— Новое! — Голос Дрейка дрожал от возбуждения. — Слушай, Перри! Мы добыли его! Парень во все поверил. У моего человека был мешок с железяками…
— К черту это, — отрезал Мейсон. — Говори быстро.
— Птичка попалась в силки и продала пятнадцать ключей. На одном выбито «Сиглет-Мэнор».
— Пробовал? Подходит к квартире Элен Ридли?
— Не успели пока. Имей совесть, мы только что получили его. Но мы сейчас туда едем.
— О’кей, — сказал Мейсон. — Ты снял камень с моей души. Похоже, что у нас кое-что накапливается. Вот что получается. Он рассказал Элен Ридли, о чем говорил с ним Хайнс, и она сразу поняла, что это шантаж. Да, Пол, теперь я понял. Это, возможно, выход. Если что-то прояснится, позвони мне в суд, я устрою, чтобы меня подзывали к телефону. Возьму с собой Деллу, она передаст мне записку, если я не смогу подойти сам. Ну, пока, я пошел!
Мейсон повесил трубку и кивнул Делле Стрит.
Подавая ему шляпу и портфель, она сказала как бы между прочим:
— Я встретила в холле Мей. Она очаровательна, не так ли?
Мейсон внимательно посмотрел на свою секретаршу. Она выдержала его взгляд с совершенно невинным видом.
— Я всего лишь хочу сказать, что она добрая девочка, — добавила Делла.
Мейсон обнял ее и притянул к себе:
— Совсем как ты!
