Сумрачными вечерами в заброшенной кочегарке происходит нечто таинственное. Здесь наш мир соприкасается с потусторонним.
Сумрачная история
Вечерами на этой тихой улочке мало кого можно встретить. Тем более ноябрьскими вечерами, когда темнеет рано и задувает пронизывающий ветер. После работы народ спешит по домам и лишний раз не кажет оттуда носа. Улица тянулась вдоль ограды больничного городка - большого комплекса стационаров, административных зданий и всего сопутствующего. Сама ограда представляла собой стену из бетонных плит, за которыми высились кроны деревьев. На территорию со стороны проспекта вёл центральный въезд со шлагбаумом, где проезжали машины скорой помощи. Но так как общая площадь занимала больше километра в длину, по бокам были сделаны дополнительные проходы. Преграждающие их решётки никогда не закрывались.
Через один из таких проходов Виктор и вошёл. Если бы он проследовал дальше по асфальтированной дорожке, то вышел бы к центральному девятиэтажному зданию. Окна в нём светились ярким белым светом, который так и подмывало назвать "стерильным". Больных как раз должны были сзывать на ужин, или разносили его по палатам для тех, кто не мог перемещаться сам. Соседние здания стояли тёмными - врачи и медсёстры уже разошлись.
Справа от дорожки выстроилась вереница гаражей. А слева расположилось приземистое строение из обшарпанного красного кирпича. Окна его были столь запылены, что даже днём внутри должен был царить сумрак. Из стены торчали обвязанные теплоизоляционным материалом трубы, которые прежде ныряли под землю, а сейчас оказались срезаны, так что остались лишь их обрубки. На крыше выросли молоденькие берёзки, их менее вознёсшихся сестёр хватало и под окнами.
Когда-то здесь была местная кочегарка. К ней примыкал угольный сарай без одной стены, более походивший на простой навес. Лет двадцать назад отопление перевели на газ, для чего построили новую станцию. Необходимость в кочегарке отпала и её отключили. Само здание вряд ли на что-то ещё годилось, но сносить его не стали, для чего тоже требовались средства, которых в больницах всегда не хватает. Так это убогое строение и осталось торчать в своём дальнем углу, отданное на откуп времени.
Притягательность подобных мест ощущалась Виктором всегда. Но, если и не всегда, то лет с двенадцати, когда он начал читать запоем всё, что попадалось в руки, уж точно. Некоторые были игроманами, некоторые киноманами, он же был книгоманом. Фэнтези всех мастей, мистика и просто интересные книги, не зависимо от жанра, являлись его ближайшими друзьями. Возможность перенестись в историю, наполненную рыцарями, болотными монстрами и восставшими из гробниц вампирами, завораживала. Сами герои были лишь плодом фантазии их авторов, а вот предоставляемая книгами "тропинка", ведущая на встречу с ними, была подлинным чудом.
Если вам самим доводилось хаживать по этим "тропам", вы поймёте, о чём речь.
Виктор остановился напротив кочегарки. Переложил пакет с покупками из одной руки в другую. Вздохнул, выпустив в воздух облачко пара. Закашлялся. Уже позабытая детская астма временами ещё напоминала о себе. А между тем подмораживало. Дальше будет лишь сложнее. Причём, во всех смыслах.
Конечно, история из разряда фантастических и то, что она случилась - случалась в эти самые мгновения! - именно с ним было в ней самым фантастическим. Если бы кто-то узнал, зачем он приходит сюда вечерами, всегда только вечерами, его мигом бы сдали в местное психическое отделение. Благо, вести пришлось бы всего ничего.
- Что скажешь, Крыс? Может, мы и впрямь "того"? - спросил он окружающий сумрак.
- Ладушки-оладушки... Дельфин всегда плывёт вперёд и никогда не отстаёт... Шарики за ролики, спились алкоголики... Я, кажется, в порядке, Громила. Идём?
- Идём-идём.
Но он не сошёл с асфальтовой дорожки.
Стоя посреди не самого приятного вечера, ёжась от продирающего ветра, Виктор смотрел на кочегарку, чьи контуры уже начала стирать подступающая темень. Зачем он здесь? Зачем покинул тёплую и светлую квартиру, по которой витал запах сготовленного мамой борща? Разумно ли это, в конце концов?
Разумному обучают в школе. А здесь больница.
В памяти вновь всплывали обстоятельства того первого вечера, когда и началась эта история. А также всего, последовавшего за ним.
...Была суббота. Виктор навещал одного не то, чтобы друга, а соседа по дому, бывшего заодно и одноклассником, загремевшего в больницу с сильнейшим гриппом. И он понёс ему "передачку". Мандарины, шоколадка и так далее. Когда возвращался, солнце уже зашло. Ветер раскачивал ветви лип, срывая с них остатки побуревших листьев. Унылое унынье везде и всюду. Но в такое унынье и бывает приятно прогуляться, особенно под зонтом в мелкий моросящий дождь. А потом прийти домой и согреться чаем.
