На память об Анне Андреевне у меня, или вернее у нас в семье, хранится и ее нежданный дар.
Еще с самой первой встречи, когда Ахматова только познакомилась с моей Гитанной, она как-то сразу стала относиться к ней с удивительным расположением и однажды даже устроила празднование ее дня рождения у себя на даче в Комарове.
Вечером, после застолья на веранде, когда я с ребятами отправился устраивать костер, Анна Андреевна увела Гитанну к себе в кабинет, а там надписала и вручила ей эту фотографию.
Читатель, наверное, уже заметил, что я всегда стремился найти работу в классическом репертуаре, и потому предложение режиссера Владимира Венгерова сниматься у него в экранизации пьесы Л. Н. Толстого «Живой труп» принял как драгоценный подарок. Впрочем, вряд ли найдется актер, который бы не согласился на роль Федора Протасова, тем более что я оказался в окружении прекрасных артистов.
У меня еще продолжались съемки, а моя Гитанна перебралась в Москву к своей маме, поскольку приближалось время рождения нашей дочки.
А после завершения работы в картине мне предложили возглавить актерскую секцию в Союзе кинематографистов, и мы всей семьей уже навсегда осели в Москве.
Конечно, мне хотелось найти пристанище где-то поближе к родной Ордынке. И надо же тому случиться, чтобы в это время Михаил Ильич Ромм переезжал из Дома кинематографистов на Полянке в новую квартиру, а нас поселили в его освободившемся жилище, совсем близко от моих родных.
И вот таким образом судьба подарила мне встречу с человеком, благодаря которому я не только стал ходить в церковь, но и получил возможность как-то помогать обездоленным людям.
На родной Ордынке, почти напротив нашего дома, стоит храм «Всех скорбящих радость», в который в мои школьные годы нам запрещалось даже заглядывать.
После войны, только в 1948 году, эту церковь наконец вновь открыли, и я впервые побывал там на службе. А когда наша семья окончательно перебралась из Питера в Москву, в этом храме уже служил отец Борис (Гузняков). Позже знакомство с ним переросло в настоящую дружбу, я приходил не только в церковь, но и по мере сил старался помогать ему во всех его благих начинаниях.
Настал день, когда отец Борис пришел к нам домой и окрестил нашу дочку Машеньку, вызвавшись быть при этом ее крестным отцом.
