Родители Анджелы оставались до закрытия магазина. Беседа между ними вчетвером была в лучшем случае натянутой, но посетителей было достаточно, чтобы разрядить напряженность. Ее родители остановились в отеле в соседнем городе, но пообещали вернуться на следующий день. Он подумал о том, чтобы предложить им переночевать в особняке, но решил, что им всем нужно немного пространства и времени, чтобы привыкнуть.
Энджи, казалось, согласна с этим. Она обняла их, помахала на прощание, а затем повернулась к нему со вздохом облегчения. Он притянул ее в свои объятия.
— Что за день, — пробормотала она.
— Он был несколько… насыщенный событиями.
— Ты можешь сказать это еще раз. Как насчет бокала вина?
— Это звучит как отличная идея.
Он последовал за ней на кухню в задней части дома, отметив, как мало изменилось со времен Зельды. Это место подходило пожилой женщине, но оно подходило и Энджи.
Она налила каждому из них по бокалу вина, затем свернулась калачиком у него на коленях, чтобы выпить его. Аластер крепче обнял ее, благодарный за то, насколько комфортно ей казалось с ним.
Из-за кухонной двери донеслось жалобное мяуканье, и Энджела вздохнула.
— Бедный Живоглот. Я не думаю, что он когда-нибудь смирится с тем, что это больше не его дом.
— Это напомнило мне кое о чем.
Аластер достал маленький флакон и протянул его ей.
— Что это? — спросил Энджи.
— Противоаллергический эликсир.
— Я не понимаю.
— Ты сказала мне, как плохо тебе становится из-за аллергии на кота, поэтому я придумал решение. Это должно устранить твои симптомы.
Ее глаза расширились.
— Действительно?
— Да. Давай, прими ложку.
Она повиновалась, сморщив нос от вкуса, и он сделал пометку поработать над этим аспектом эликсира.
— Как быстро это сработает? — нетерпеливо спросила Энджи.
— Узнай сама. Впусти его.
Она открыла дверь, и Живоглот вошел так, словно это место принадлежало ему. Он бросил на Аластера презрительный взгляд, затем обвился вокруг лодыжек Энджи. Она наклонилась и осторожно погладила его, потом еще раз, затем подхватила кота на руки с торжествующей улыбкой.
— Я не чихаю!
— Превосходно. Сначала тебе понадобятся ежедневные дозы, но со временем твой иммунитет должен укрепиться до такой степени, что тебе это понадобится только раз в месяц.
Ее улыбка ослепила его.
— Ты гений.
— Я хотел бы приписать себе все заслуги, но в данном случае формула частично основана на одном из средств Урсулы.
— Ты хочешь сказать, что это ведьмовское зелье?
— Давайте просто скажем, что магия и наука встретились посередине.
Она рассмеялась и поставила Живоглота обратно на пол. Он тут же вскочил на ближайший стул и свернулся в клубок, выглядя совершенно по-домашнему. Анджела улыбнулась коту, затем подошла и снова села к нему на колени.
— Спасибо. Приятно сознавать, что он снова дома.
Аластер подумал о том, как хорошо это место подходило ей.
— Ты хочешь остаться здесь с ним? Я имел это в виду, когда сказал, что буду жить там, где ты захочешь.
Она склонила голову набок и обдумала эту идею.
— Я хотела бы иногда оставаться здесь, но я бы также хотела проводить время в твоем доме. И кто знает? Может быть, Живоглоту тоже понравился бы особняк.
Ее рука поднялась, чтобы коснуться его щеки.
— Но детали не имеют значения. Пока мы вместе, я буду чувствовать себя как дома везде.
Аластер обнял ее, его сердце было слишком переполнено для слов, когда долгие годы одиночества растаяли. Он тоже нашел свой дом.
Зимний закат окрасил окружающие холмы в оттенки розового и золотого, когда праздник солнцестояния начал переходить от дня к ночи. Тележки с горячим сидром и хот-догами появились на городской площади, когда некоторые продавцы начали закрывать свои лавки. Энджи уже решила оставить свой магазинчик открытым до начала фейерверка. Весь день она занималась бизнесом и не спешила закрываться. Хотя…
— Мам, ты можешь присмотреть за магазином несколько минут? Я хочу пойти и проверить выставку.
— Конечно, милая.
Ее мать улыбнулась ей с другого конца комнаты. Ее родители стали постоянными посетителями Кричащего Леса, и ее мать с удивительной легкостью смирилась с городскими монстрами. Энджи надеялась, что это означало, что ее мать наконец-то смирилась с самой собой.
Ее отец все еще был подозрителен, но ему удавалось скрывать это — по крайней мере, большую часть времени. Он даже завел осторожную дружбу с вампиром, который владел местным рестораном, из-за их общей любви к высококлассным спортивным автомобилям. Вероятно, помогло то, что вампир был сравнительно похож на человека.
Она помахала на прощание своей маме и направилась к ратуше, войдя как раз в тот момент, когда ушли последние посетители. Мгновение спустя две теплые руки обвились вокруг нее сзади, и она откинулась назад в объятия Аластера.
— Тебе нравится, как все получилось? — спросила она.
— Ты знаешь, что нравится.
Тщательно подобранные предметы, заполняющие ратушу, были ее идеей — способом поделиться частью коллекции его семьи со всем миром, — но он был восторженным участником процесса.
— Репортер хочет сделать статью об этом, — добавил Аластер.
