— Мой юный друг, — начал я, — прошу простить за подобное бесцеремонное отношения, но существуют обстоятельства, которые выше нас. Я, например, нахожусь на службе, руковожу работой некоего государственного департамента. Обществу мало что известно о нашей деятельности — и слава Богу. Люди не должны знать, кто именно не щадит своих сил, чтобы хранить их безопасность, тем более безопасность государства.
— Это чудовищное недоразумение! — воскликнул мой юный друг. — Вы полагаете, я приехал во Францию с целью выведать ваши секреты? Это полная чепуха!
— Тогда объясните, зачем вы прибыли в Париж?
— Я прибыл сюда по частному делу. Майор Фрезер, подданный ее величества королевы Виктории, предложил мне быть его секретарем…
— Кем?! — не удержался я.
Вот это была новость так новость!
— Секретарем, — подтвердил молодой человек.
Я не удержался и сел на один из стульев. В комнате, где мы беседовали, с мебелью было не густо: стол и два стула. Окно забрано решеткой. Каждую мелочь я продумал заранее. Жестом пригласил Уиздома занять другой.
Наступила тишина. «Секретарь, секретарь…» — постукивало у меня в сознании. Это известие следовало обмыслить. Ах, у меня совсем не было времени, и я решился на следующий, прямо в лоб, невозможный в любой другой обстановке вопрос.
— Собственно, с какой целью майору Фрезеру вдруг понадобился секретарь? Насколько мне известно, он всегда все держал в памяти.
— Вы знакомы с мистером Фрезером? — удивился Уиздом.
— Да, если мы имеем в виду одного и того же человека. Но вы не ответили на мой вопрос — зачем уважаемый мною подданный ее величества пригласил секретаря?
— Этот вопрос затрагивает частную жизнь майора Фрезера. Я не могу дать на него ответ.
— Кому вы не можете дать ответ? Официальному представителю французских властей или брату по духу, товарищу и сочлену известного нам обоим общества. Послушайте, мой юный друг, вы мне симпатичны, но вы должны четко осознать то непростое положение, в каком мы оба находимся. Подождите, не перебивайте!.. Если вы не желаете дать ответ официальному лицу, то тем самым вы косвенно подтверждаете выдвинутые против вас обвинения в преступных намерениях по отношению к Французскому королевству. Да, мы получили анонимное послание, в котором утверждается, что вы не тот, за кого выдаете и встреча с майором Фрезером всего лишь ширма. Буду откровенен, анонимные источники никогда не вызывали у меня доверия, весь мой опыт подсказывает, что это наиболее коварный способ для сведения личных счетов. У вас нет личных врагов на острове, которые могли бы попытаться руками французской полиции расправиться с вами?
— Нет.
— Тем не менее, нам пришлось задержать вас. Теперь мы тратим время на выяснение совершенно пустякового вопроса — зачем Фрезер пригласил секретаря. Вы отказываетесь отвечать на совершенно невинный вопрос — о чем я в этом случае должен подумать в первую очередь?
Джонатан попытался вставить слово, но я вновь осадил его.
— Простите, но я не договорил. Разберем этот вопрос с точки зрения нашей приверженности одним и тем же идеалам. У меня очень высокий градус, а вы, наверное, страстный приверженец Великой английской ложи, до сих пор придерживающейся первоначальных консервативных воззрений на нашу организацию. Брат Андерсон, брат Макферсон, брат Помфред, первый провинциальный великий мастер Бенгалии, таинственный граф Сен-Жермен, с чьим именем в нашем сообществе оказалась связана традиция розенкрейцерства, — были практиками и не видели необходимости ради удовлетворения человеческого тщеславия вводить все новые и новые степени самосовершенствования. Я полностью с ними согласен, с большим уважением отношусь к деятельности герцога Суссекса, нынешнего великого мастера, но я принадлежу к своему клану и должен выполнять наш устав. Как же мне поступить с вами, не желающим ответить поставленный вопрос? Вы человек чести, я полагаю, с вас взяли слово, что кое о чем следует помалкивать?
Джонатан кивнул.
— Хорошо, своим молчанием вы ставите меня в очень трудное положение. Я обязан хотя бы из солидарности попытаться спасти вас и прекратить расследование, но в любом случае мне необходимо представить какие-то неопровержимые свидетельства вашей невиновности. Я просто вынужден составить протокол опроса. Кто послал вас во Францию для встречи с мистером Фрезером?..
Уиздом молчал. Я тут же переиначил вопрос.
— Кто рекомендовал вас Фрезеру?
Опять молчание. Тогда я одобрительно кивнул.
— Согласен. Давайте так и договоримся — те вопросы, на которые не желаете отвечать, можете просто пропускать мимо ушей. Так кто же рекомендовал вас? Надеюсь, имя этой персоны не представляет секрета?
— Лорд Честер.
