– Так это. Убежали они, Мотя, с твоим кошельком.
Тот уставился на то место, где несколько секунд назад лежал кошелек. Его действительно не было.
Василиса вышла из магазина, как ни в чем не бывало. Она так и не поняла, что ее собирались ловить и припирать к стенке. И все для того, чтобы она раскрыла страшную тайну: на кого она работает на самом деле и почему отказалась от большой суммы денег.
В кустах недалеко от магазина она услышала возню и приготовилась отражать нападение коварного Забелкина. Василиса сгруппировала мышцы и напряглась, припоминая, каким образом она нанесла сокрушительный удар Федору. Для этого она пару раз махнула ногой, которая в данный момент была без туфли с пряжкой, но, тем не менее, била так же результативно острым носком модного сапога.
– Какая рожа, – слышалось из кустов, – ты только глянь, бандюк-бандюком.
– А сколько тут денег, целая прорва! – Восхищенно говорил другой.
– Тут и документы какие-то…
– Документы нам не нужны. Из-за документов искать будут. Деньги не пахнут, а документы с душком…
И к ногам Василисы упал тяжелый кошелек. Она поставила полный пакет на тротуар и подняла его. Тут же кусты зашевелились, и кто-то стремительно пронесся мимо нее. Василиса инстинктивно схватилась за сумку и пакет, сунув кошелек в зубы. Когда все стихло, она решила посмотреть его содержимое. Действительно, в портмоне, таком мужском кошельке, оказались паспорт на имя Матвея Подберезкина, его водительские права и бережно сложенное в четыре раза свидетельство об окончании восьмилетней школы. Денег в кошельке не было, но Василиса решила, что для Матвея Подберезкина будет грустно узнать, что он лишился своего свидетельства. Видимо, школа оставила в его памяти неизгладимые впечатления, раз он хранил ее документ в самом дорогом месте – в кошельке. Покопавшись еще в одном отделении, Василиса выудила фотокарточку. С нее ей строил козью морду сам Матвей Подберезкин, фотография была подписана корявым почерком. И она его знала. Это был тот бугай, который отдал ей кучу денег и пообещал дать еще за какой-то товар. Василиса поморщилась – ей очень не хотелось идти к нему в контору, но совесть, а она у нее всегда возникала в самый неподходящий момент, говорила ей о том, как тяжело будет Подберезкину без его документов. И рядом не было Алевтины, умеющей усмирять ее совесть. Василиса вздохнула и пошла на автобусную остановку. Она поехала в контору к Матвею в надежде на то, что его там уже нет и она сможет подкинуть ему этот кошелек без свидетелей под дверь.
В конторе Мотя был. И не один. Шеф, расхаживая из угла в угол, делал ему нагоняй за потерянные документы, которые вместе с кошельком достались двум беспризорникам.
– Что теперь прикажешь делать? – возмущался шеф. – Лазить по всем сточным канавам и интересоваться, а не видели ли вы, ребята, двух беззубых сотоварищей, стащивших кошелек у этого дяденьки с белой спиной?! Черт с ними, с этими деньгами, но документы-то ты зачем положил в портмоне?!
– Как зачем, – недоумевал Мотя, – ты же сам сказал, что нужно сделать достоверно. А что может быть достовернее паспорта с водительскими правами?
– Ты бы туда еще ключ от сейфа засунул и написал, где остальные деньги лежат!
– Я туда и свидетельство свое положил об окончании школы. Для достоверности.
– Странно, что у тебя свидетельство об окончании школы, а не о завершении лечения в психбольнице. Повезло ребятишкам, сказочно повезло. Деньги, паспорт, а там – адрес. Они придут к тебе на квартиру! Готовься. Только гляди, в очередной раз не купись, что у тебя, кроме спины, и задница белая!
Но пришли не ребятишки, а Василиса. Она проторчала пару минут возле конторы, прислушиваясь к голосам. Трезво рассудив, что если Мотя там не один, то ничего плохого он ей не сделает, Василиса толкнула дверь и вошла. Она не стала кричать: «Банзай!», хотя подумала об этом. Ведь в том, что в кошельке не было денег, вполне могли обвинить ее. Оправдывайся потом, что ты нашла этот кошелек на улице в растерзанном виде. Никто не поверит. Тем более странно, что она его не просто нашла, а он свалился прямо к ее ногам. Короче говоря, Василиса решила сделать доброе дело, не рискуя. Поэтому, как только открылся вид стола, за которым, как обычно, сидел Мотя, Василиса кинула на него кошелек и убежала.
– Что это было? – прохрипел шеф.
– Эта самая, которая Василиса, – Мотя уставился на кошелек, появившийся на его столе.
– Да, конкуренты не дремлют. У них целая агентурная сеть, начиная от беззубых малолетних беспризорников, облапошивающих взрослых дяденек, озабоченных дамочек, швыряющихся деньгами и кошельками.
– Заканчивая, – поинтересовался Мотя, – кем?
– Это мы и должны узнать.
Василиса добралась до дома поздно вечером, достала ключ и принялась открывать дверь. Но ключ не хотел лезть в замочную скважину, как будто его туда что-то не пускало. Василиса поставила пакет с овощами и наклонилась к скважине, чтобы хоть что-то разглядеть.
– Подглядывать в замочную скважину неприлично, – заметил проходивший мимо нее мужчина с явными признаками донжуана, – мало ли чем там люди занимаются.
