Фан Чжао не разбирался в актерском мастерстве, но то, что Цзи Полунь только что сказал о том, что он вживается в роль, - это всего лишь форма воображения, ставящая себя в сценарий в своем мозгу.
Но будь это Цзи Полунь или любой другой актер, их игра была всего лишь функцией их воображения, потому что никто из них на самом деле не испытал на себе тех отчаянных времен. То, что они знали об этом периоде, было связано с просмотром документальных фильмов. Но Фан Чжао был исключением.
Некоторые события Периода Разрушения были записаны в цифровом виде, и в течение Новой эры было снято несколько фильмов о Периоде. Развитие виртуальных технологий также улучшило возможности просмотра, оставляя после себя более глубокое впечатление, чем обычные кадры.
Но никакая симуляция не могла сравниться с воспоминаниями Фан Чжао, человека, который действительно пережил те времена.
Взяв страницу из сценария Цзи, Фан Чжао закрыл глаза на несколько секунд, чтобы создать настроение.
Цзи Полунь сдулся. Он выпрямил ноги и наклонился вперед. Снисходительность на его лице исчезло, и сменилась серьезным взглядом.
Глаза Фан Чжао были красными и слезливыми, словно он слушал песню, которая оплакивала потерю мира, демонстрируя глубокую печаль и смирение, хоть он и не плакал.
Ад вырвался на свободу, люди жертвуют жизнями, а семьи рушатся. Как ничтожны и беспомощны все и вся, когда мир разваливается.
Боль и страдания, спроецированные в этот момент, охватили всю студию.
Цзи Полунь сделал глубокий вдох.
Фан Чжао удалось расшевелить эти эмоции сами по себе в этом замкнутом пространстве без декораций. У него не было партнера. У него не было ничего. Все, что он делал, просто сидел там. Он едва двигал своим телом, передавая эмоции своего персонажа тончайшей мимикой и взглядом.
Его чувство времени было безупречным, вплоть до моргания его глаз. Если бы он моргнул секундой раньше или позже, эффект был бы совершенно иным.
Цзи Полунь задумался о своем собственном исполнении. Для сравнения, его мимика была слегка преувеличена и надуманна, лишена подлинных эмоций.
Один профессор однажды сказал в актерском классе, что грусть нельзя передать криком или плачем. Иногда с этим мог справиться один лишь мимолетный взгляд.
Действительно ли этот парень был лишь актером- любителем?
Цзи Полунь быстро промотал в своей голове все классические сцены из бесчисленных фильмов о Периоде Разрушения. Он не мог найти ни одного соответствия. Фан Чжао не подражал ни одному предыдущему исполнению.
Цзи Полунь даже почувствовал, что он не играет … что он действительно пережил эту ужасную катастрофу и жил в те времена.
И еще раз, каков был характер, который они придумали?
Какова была его личность?
Он играл, основываясь на своем воображении, не изучив в первую очередь характер своего персонажа – плохой ход.
Это было главное нет-нет.
Возможно, дело было в небрежном тоне его агента. Он не заботился о работе, не воспринимал это всерьез.
Цзи Полунь продолжал наблюдать молча. Фан Чжао продолжал играть, основываясь на своем сценарии. Ему не требовалось никаких указателей. Он знал характер, который он создал лучше всех.
Это была сцена без диалогов. Для снимков глаз фокусом были глаза.
Все в студии тихо дышали. Единственным звуком был шум Цзу Вэня, устанавливающего оборудование. Но и Цзу Вэнь, и Цзи Полунь, который сидел рядом с ним, чувствовали, как меняется настроение в этой маленькой студии.
Подавленная печаль, удушающее отчаяние, разочарование, нерешительность. Как выжить? Он был пчелкой, отчаянно ищущей источник света в закрытом доме.
Прошли минуты.
Фан Чжао закончил только тогда, когда у Сун Мяо возник вопрос о стартовом голосе.
«Давай возьмем перерыв», - сказал Фан Чжао Цзу Вэню, чтобы передохнуть, а затем встал, чтобы уйти, и направился к пульту микширования звука. Когда он встал, он мгновенно вышел из роли и стал самим собой.
Он уже не в характере персонажа? Ошеломительно.
Когда Фан Чжао ушел, Цзи Полунь подошел к Цзу Вэню: «Этот человек, Чан Чжао - он действительно просто композитор? Он никогда не учился актерскому мастерству?»
«Я не уверен, что он когда-либо учился актерскому мастерству, но он профессиональный композитор. Он взлетел до пятого места в конкурсе новых талантов за 20 дней. Вы, должно быть, слышали об этом», - сказал Цзу Вэнь.
Конечно, он слышал, но исполнение Фан Чжао все еще оставляло его в недоумении.
«Эй, разве вы не собирались уйти?» - Цзу Вэнь вспомнил, что Фан Чжао выгнал Цзи Полуня, но тот, казалось, не собирался этого делать.
«Уйти? Почему я должен уйти? Точно, вы снимал музыкальное видео? У тебя есть более подробная информация о вашем персонаже? Позволь мне взглянуть», - попросил Цзи Полунь.
Цзу Вэнь удивленно посмотрел на него и протянул ему несколько страниц из своего ящика. Цзи Полунь подписал соглашение о конфиденциальности, и Цзу Вэнь собирался показать ему информацию в любом случае. Цзи Полунь просто не беспокоился.
На следующий день.
Цзю Вэнь заметил Цзи Полуня. Фан Чжао мог сам справиться с этой работой. Но Цзи Полунь снова появился на 50-м этаже.
