Странная горькая нежность пронзила сердце, и оно затрепетало, как птица. Я не понимала, что со мной происходит, почему хотелось чувствовать его всего – обвиться вокруг, как лоза. Я положила ладонь ему на грудь и опустила веки.
Уже засыпая, почувствовала, как горячие губы касаются виска, глаз, подбородка – он целовал меня бессовестно, зная, что сейчас я не способна сопротивляться.
И как-то не очень хотелось…
– Спи, Фарди.
Я плавала в мутной дреме и никак не могла проснуться. Внутреннее чувство кричало об опасности, но тело было непослушным, чужим. Наверное, так чувствует себя муха в паутине, из которой паук тянет кровь. Только из меня что-то тянуло силы.
Фрида я рядом не чувствовала – тело окутал холод, даже зубы застучали. На краю сознания слышались голоса и лязг металла.
Это ведь сон? Или…
Что-то случилось. Что-то очень плохое, а я не могу проснуться.
С этой мыслью меня вновь затянуло в черноту.
– Эй, пора вставать! Разлеглась тут!
Чужой голос резанул по ушам, и показалось, что в голове заскрипели ржавые петли. В живот ударило твердым – я застонала, скрючившись. А в следующий миг меня схватили за волосы и рывком поставили на ноги.
Что происходит?!
Вместе со способностью видеть ко мне начало возвращаться понимание. Из темноты выплывали очертания каменных стен, чадящий факел в углу… И два человека в потрепанных безрукавках. Волчий мех торчал засаленными клоками.
Один из мрачно ухмыляющихся незнакомцев был высоким и здоровым, с изуродованным шрамами лицом и длинными, до пояса, волосами. Они свисали спутанной гривой, в которой яркими пятнами выделялись крашеные толстые нити.
Второй, наверное, был его братом. Они походили друг на друга, как две капли воды, только ростом тот был чуть ниже, а правое плечо торчало гораздо выше левого. У них на груди болтались талисманы с символами Эльдруны – богини смерти. Серпы, колеса и головы волков из дерева и серебра.
– А она ничего. Правда, Эррон? – ухмыльнулся тот, что со шрамами.
От взгляда и мерзкой улыбки меня продрало холодом.
– Где я? Кто вы такие? – спросила хрипло.
Во рту было сухо, в глаза будто песка насыпали. Все еще хотелось спать, голова трещала. Как я здесь очутилась? Что произошло?
Я стиснула руки в кулаки и только сейчас поняла, что запястья скованы цепью.
Вот же проклятье! И вообще… где Фрид?!
Я огляделась – его тут не было.
– Сочная. Просто красавица, – облизнулся тот, которого звали Эрроном. – Но она не для нас. Так что не давись слюной, Легер.
Теперь я знала имена братьев-головорезов, но легче от этого не стало. Я попала в крупную переделку.
– Где мой муж? – процедила, стараясь не обращать внимания на гнусности. Чувство было таким, будто меня бросили в яму со слизняками.
И не понимала главного: как им удалось пленить нас?
– Слишком много вопросов, – Легер шагнул ко мне, сгребая волосы на затылке в кулак и наклоняясь так, что зловонное дыхание скользнуло по щеке. – Открываешь рот только тогда, когда я тебе прикажу.
В глазах потемнело от ярости и, недолго думая, я изо всех сил боднула его в переносицу. Раздался хруст, и верзила отшвырнул меня прочь, грубо выругавшись.
– Я же говорил, эта сучка будет бешеной! – расхохотался Эррон. – Что ж вы так глупо попались, голубки?
Я встала с пола, потирая ушибленное колено. Голова казалась пьяной, меня пошатывало, в ушах звенело от удара. Я совсем не понимала, что происходит, готова была поверить, что это продолжение сна, но ощущения были слишком реальны. И все-таки, несмотря на нелепость происходящего, одно подозрение у меня было.
– Вы – дикие юрдские собаки? – спросила с презрением. Разумнее было промолчать, но грубость вырвалась против воли.
– Ах, ты!.. – Легер, которому я умудрилась разбить нос, замахнулся, но его остановил брат, сказав, что негоже портить меня раньше времени.
– Она предназначена в дар, – сообщил холодно.
Сердце перевернулось в груди, а ладони вспотели.
Он сказал, в дар? Но кому?
– Вижу, ты о нас слышала, – ухмыльнулся Эррон. – Мы из племени горных юрдов, поклоняемся богине Эльдруне.
Ясно. Вот почему их говор сразу показался мне знакомым! Когда-то отец гонял юрдов по всей Рооне, пока не вышвырнул прочь. И те ушли, затаив обиду и злость. Интересно, они сразу спустят с меня шкуру, когда узнают, что я – дочь Тэасса Ангабельда?
– Вы исповедуете культ Смерти?
– Он самый, – Эррон кивнул.
Он показался мне умней своего братца, тому лишь бы почесать кулаки, а для этого дела голова не нужна.
Культ Смерти. Культ богини Эльдруны. Из огня да в полымя, что называется! Вряд ли нам с Фридом, если он еще жив, придется рассчитывать на теплый прием. Мысль о том, что южанина могли убить, отозвалась болью под ребрами.
– Где мой спутник?
– Твой муженек? Так он в соседней камере. Мы пришли, чтобы проводить тебя к нему.
Фрид жив! Хоть это радует.
Меня грубо ухватили за локоть и поволокли. Здоровяк смотрел волком, и я решила, что не буду злить их снова. Себе дороже. Если хочу выбраться, надо подкопить сил.
– Как вам удалось нас схватить? – задала вопрос, надеясь их отвлечь. Не нравились мне эти плотоядные взгляды.
