Супруги по соседству полностью

– От тебя.

– Тебе не нужно защищаться от меня, – говорит ей Марко в темноте. Что отец ей наговорил? Какую ложь выдумал? Он ни за что бы не навредил жене или ребенку умышленно. Все это было ужасной ошибкой. Ей незачем его бояться. Ты со своими махинациями, Марко, опасен.

– Ты виделась с отцом?

– Нет.

– Но ты с ним разговаривала.

– Нет.

Марко не понимает.

– А с кем ты разговаривала?

– Ни с кем.

– Почему ты сидишь здесь в темноте с ножом? – ему хочется включить свет, но он боится ее спровоцировать.

– Нет, не так, – говорит Энн, как будто вспомнив. – Я ходила к Синтии.

Марко молчит. Он в панике.

– Она показала мне видео, – взгляд, которым она награждает его, ужасен. Вся ее боль, весь ее гнев отражаются на лице. И ненависть.

Марко словно сдувается, у него подкашиваются колени. Все кончено. Может быть, Энн хочет его убить за то, что он похитил их ребенка. Он не решается ее винить. Ему хочется взять у нее нож и сделать это самому.

Неожиданно он холодеет. Ему нужно увидеть нож. Нужно убедиться, что она еще не успела им воспользоваться. Но в комнате слишком темно. Ему не так хорошо ее видно, чтобы разглядеть, нет ли на ноже крови. Он делает еще один шаг к ней и останавливается. От ее взгляда ему становится страшно.

Она говорит:

– Ты похитил Кору. Я собственными глазами видела. Ты вынес ее из дома в одеяле и отнес в гараж. А тот человек ее увез. Ты все спланировал. Ты солгал мне. Ты мне лгал все это время, – голос ее звучит так, будто она не верит сама себе. – А потом, когда он тебя обманул, ты поехал в горы и забил его до смерти лопатой, – теперь она выглядит лихорадочно оживленной.

Марко в ужасе.

– Нет, Энн, я этого не делал!

– А потом мы сидели за столом на кухне и ты сказал, что он кажется знакомым.

Марко мутит. Он представляет, как это выглядит с ее точки зрения. Все так извращено.

Энн подается вперед, она крепко держит большой нож обеими руками.

– Все это время с похищения Коры я жила с тобой в одном доме, и ты мне лгал. Лгал обо всем, – она смотрит на него с негодованием и шепчет: – Я не знаю, что ты за человек.

Не отрывая глаз от ножа, Марко произносит в отчаянии:

– Да, это я ее украл. Да, я украл ее, Энн. Но все не так, как ты думаешь! Не знаю, что тебе наплела Синтия, – она ничего об этом не знает. Она меня шантажирует. Использует видео, чтобы выбить из меня деньги.

Энн пристально смотрит на него, ее глаза кажутся огромными в темноте.

– Энн, я все объясню! Все не так, как кажется. Послушай. У меня начались финансовые проблемы. Бизнес шел не очень хорошо. Несколько заказов отменились. И тогда я познакомился с этим человеком, этим… Дереком Хонигом, – Марко запинается. – Он сказал мне, что его зовут Брюс Неланд. Он казался славным, и мы стали друзьями. Это он придумал похищение. Все это было его идеей. Мне нужны были деньги. Он сказал, что все пройдет легко и быстро и никто не пострадает. Это он все спланировал, – Марко останавливается, чтобы перевести дыхание. Она не отводит от него глаз, и ее взгляд мрачен. Но он все равно чувствует облегчение от того, что может признаться, рассказать ей правду.

– Я вынес Кору к нему в гараж. Предполагалось, что он позвонит нам в течение двенадцати часов и мы получим ее назад через два-три дня максимум. Предполагалось, что все будет так легко и так быстро, – говорит Марко горько. – Но он не позвонил. Я не знал, что происходит. Пытался дозвониться до него сам с того телефона, который ты нашла (вот для чего он был нужен), но он не брал трубку. Я не знал, что делать. У меня не было другого способа с ним связаться. Я думал: может быть, он потерял свой телефон. Или спасовал, и тогда, может быть, убил ее и уехал из страны, – его слова прерывает всхлип. Он замолкает на секунду, пытаясь справиться с собой. – Я был в панике. Все эти дни я тоже жил, как в аду, Энн, ты представить себе не можешь.

– Не смей говорить мне, что я не могу представить! – кричит на него Энн. – Из-за тебя мы потеряли ребенка!

Он понижает голос, пытаясь ее успокоить. Он должен ей все рассказать, должен это выплеснуть.

– А потом, когда нам по почте пришло боди, я подумал, это от него. Может быть, что-то случилось с телефоном, и он испугался звонить напрямую. Я подумал, он пытается вернуть ее нам. Даже когда он увеличил сумму за выкуп до пяти миллионов, я не… не предполагал, что он меня обманет. Я боялся только, что твои родители не захотят платить. Я подумал, может быть, он поднял ставку, потому что почувствовал, что риск увеличился, – Марко останавливается на миг, заново переживая все произошедшее. – Но когда я приехал туда, Коры там не было, – он не может больше сдерживать рыданий. – Она должна была быть там. Не знаю, что случилось! Энн, клянусь тебе, я не хотел, чтобы кто-то пострадал! Особенно Кора – и ты.

Он падает перед ней на колени. Пусть перережет ему горло, если хочет. Ему все равно.