Маршрутчик Макс, сам того не зная, толкает в объятия смерти пассажирку. Убегая от народного гнева, он оказывается в доме жены языческого бога Кововлада. Макс умоляет красавицу Любку о спасении, но она может предложить ему только заупокойную песнь…В этой яркой мистической истории сплетаются в единый узор прошлое и настоящее, язычество и христианство, добро и зло.Обложка сгенерирована с помощью нейросети Stable Diffusion.
– Не хотите платить, выходите, – темноволосый и не лишённый обаяния маршрутчик Макс был непреклонен.
– Просто объясните, почему у вас после восьми вечера проезд дороже? Вы за бензин больше платите? Нет. Тогда почему?
Лида – акушерка из родильного отделения городской клинической больницы всегда боялась привлекать к себе внимание. Она никогда не красила ни волосы, ни лицо, ни ногти. Одежду выбирала блёклую, говорила тихо, даже дышала незаметно, а тут набралась наглости угодить в скандал.
– Ничего вам объяснять не собираюсь.
«Газелька» с номером «тринадцать» затормозила посреди пустынной заметаемой снегом дороги.
– Выходите, – гаркнул Макс.
Лида поёжилась, глянув в окно: яркая Луна подсветила на тёмном небе силуэт Морятника… В голову сразу полезли байки про супружницу Кововлада, которая правит этими землями, сколько Русь стоит. Желание уличить водителя в непорядочности мигом исчезло. С тяжёлым вздохом женщина открыла кошелёк и отсчитала тридцать рублей.
– Возьмите и поехали.
– Выходите.
– Ну там метель, ночь и…
– И? – Макс сделал вид, что не понял о чём речь.
– И Морятник… – прошептала Лида.
– Раньше надо было думать, – рявкнул водитель.
И Лида, и Макс, и остальные пассажиры маршрутки слышали недобрую славу о здешних местах. Говорят, что правит землями пустыря красивая и кровожадная Любка, которая забавляется со случайными путниками: мужчин – пугает да калечит, коли имеют наглость вернуться, девиц – уродует, а уж совсем спасу от неё нет замужним женщинам, сводит несчастных в могилу.
Разный люд пытался избавиться от супружницы Кововлада. В городских архивах даже хранится летопись про вельможу Всеволода Солнцем Поцелованного, который в XII веке задумал создать на месте Любкиных владений чудный храм – памятник русского зодчества. Работы продвигались медленно: то дождь, то пожар, то ремесленник заболеет, то мастер пропадёт. А народ всё шептался про красную девицу, которая по ночам вокруг храма хоровод водит и песнь поёт. Только песнь недобрую, заупокойную. Вельможа промотал все деньги, храм не построил, а потом и сам сгинул.
Время текло, точно полноводная река. На смену князьям пришли цари, их власть забрали вожди, а потом президенты. Богатые богатели, а бедные беднели. Люди умирали и рождались. Развязывались жестокие войны и заключались хрупкие перемирия. Только пустырь оставался неизменным. Хозяйка здешних мест вела себя тихо, пока в её дом никто не лез, но стоило незваному гостю потревожить Любку – приходила беда, порой не одна.
Советская власть в нечистую силу не верила, и чтобы победить мракобесье, развернула грандиозное строительство на пустыре. Архитектор Ефим Иосифович Левитан спроектировал уникальный центр водных видов спорта, получивший в народе название Морятник. Проект значимый и важный с самого начала сопровождала череда несчастных случаев: то прорабу голову пробили, то новая техника вышла из строя, то короткое замыкание, то смерть на стройке… В архивах КГБ до сих пор пылиться нераскрытое дело №363. Было установлено, что второго июля 1980 года на стройку прибыла дочка главного инженера Петра Львовича Потапова. Однако с отцом она в тот день так и не встретилась: утонула в бетономешалке. Следствие не дозналось, как несчастная там очутилась, а случилось горе на пятый день после её свадьбы.
Эти события вынудили коммунистов искать помощи у тех, кого они чурались – у священников. Приходили попы: читали молитвы, пели псалмы, размахивали кадилом с ладаном, кропили стены святой водой, жгли свечи, оставляли на ночь чудотворные иконы. Супружница не поддалась, и строительство было заморожено. По официальной версии – ввиду недостаточного финансирования. И вот теперь перед лицом Лиды маячила перспектива прогуляться по гиблому пустырю.
– Хотя бы до остановки довезите, – она предприняла ещё одну попытку, теребя обручальное колечко.
– Ты чё тупая? Пока не выйдешь, никуда не поеду, – сорвался водитель.
Макс последний месяц работал по шестнадцать часов в сутки. Жена недавно родила дочку, тратам не было конца и края. Сначала нужно было обеспечить кроху предметами первой необходимости – кроватка, коляска, пеленальный стоик, не говоря про многочисленные бутылочки, соски, подгузники. И это на фоне привычных трат – ипотека за однушку в новостройке, коммунальные платежи, продукты… Потом оказалось, что у жены пропало молоко. Расходы значительно выросли. Вот он и крутит баранку до полуночи, чтобы прокормить семью. И почти каждый вечер находился пассажир, который устраивал скандал из-за десяти рублей. «Почему такая цена? Бензин к ночи дорожает?», «Откуда тариф?». Да оттуда, что всегда внеурочная работа оплачивается дополнительно. Причём тут бензин? Не хочешь ехать за тридцать рублей, вызывай такси и езжай за триста. Всё нету у Макса больше сил это терпеть. Его маршрутка – его правила. Пусть выметается.
– Я заплачу тридцать рублей за одну остановку.
По радио заиграл «Владимирский централ». Макс прибавил громкость и откинулся на сидении, вполголоса подпевая Кругу:
