Пришло время распаковки. Подарки Алекс оказались настоящей находкой: она вручила каждому фитнес-браслет, который показывает время, считает шаги и измеряет пульс. “Ни одна настольная игра не смогла бы их так увлечь”, – думала Рут, пока все остальные носились туда-сюда по коридору и лестнице, чтобы сравнить показатели. Дом наполнился радостными возгласами, тяжелым дыханием после бега и смехом, который давно не звучал так искренне.
Когда вся семья села обедать, Адам с неподдельным беспокойством поинтересовался у Рут ее самочувствием.
– Уже лучше, – ответила она, принимая от Лорен тарелку с картофелем и овощами. Она заметила, что еда не просится наружу, если есть ее медленно и по чуть-чуть.
– Давайте поднимем бокалы за шеф-поваров? – предложил Адам. – Спасибо вам, девочки, устроили нам настоящий праздник живота.
– Простите, что пришлось переложить на вас всю работу, – смущенно добавила Рут, чокаясь чашкой о бокалы дочек. – Спасибо вам, дорогие.
– На здоровье, – радостно ответила Лорен. – Это вы нас простите, что пудинг получился суховат. Скорей бы уже следующее Рождество – вот тогда мы вам такой банкет устроим, закачаетесь! – добавила она, оглядывая всех за столом.
– Ловлю тебя на слове! – пошутил Дэн.
Адам промолчал.
Алекс постучала ножом по бокалу и откашлялась. Остальные тревожно замерли.
– Я очень рада, что нам весь день удавалось мастерски избегать одной очень важной темы, которая витает вокруг нас вот уже несколько недель. – Она сделала паузу и заглянула каждому сидящему в глаза. – Я, конечно, не психотерапевт, но, может, все-таки попробуем обсудить проблему?
– Ой, мы же забыли про хлопушки! – воскликнула Рут и подняла свой кремовый цилиндр с золотыми ангелочками над столом, но никто не отреагировал, и через пару секунд она его опустила.
Адам, стиснув зубы, наполнил свой бокал вином, раскрутил его и с настойчивым вниманием наблюдал, как плещется алая жидкость.
Алекс, сидевшая между обоими родителями, положила им руки на плечи и тихо сказала:
– Мам, пап, вам нужно поговорить. – Она положила голову Адаму на плечо. – Папа, нравится это тебе или нет, но ничего не поделаешь. Нельзя просто все бросить, хотя бы потому, что маме нужна твоя поддержка. Посмотри, как ей тяжело.
Адам отодвинулся.
– До сих пор твоя мать отлично справлялась со всеми делами и без моего участия, – сказал он, глядя прямо перед собой. – Уверен, что так будет и дальше. Адам поставил бокал на стол – водоворот в нем замедлился и осел.
– Но дело не только в маме: это же ребенок Лорен и Дэна, моя племянница или племянник, твоя внучка или внук.
– Алекс права, – начал Дэн, но Лорен поморщилась, и он замолчал.
– Она – единственный вдохновитель, – сказал Адам и горько усмехнулся.
– В смысле? – с недоумением спросила Алекс.
– Это из посвящения к сонетам Шекспира, – объяснила Рут, устало подняв голову. – Он имел в виду, что я сама затеяла этого ребенка. – Она посмотрела на Лорен, ища поддержки. – И все это какая-то жалкая пародия.
– Адам, давайте расставим все точки над “i”, – вступил Дэн. – Этот ребенок наш, мой и Лорен, – больше ничей. – Щеки его залил румянец. – Рут только… – он замешкался, стараясь подобрать правильное слово, – предложила помощь.
Лорен накрыла ладонь Дэна своей.
– Папа и так это знает, – мягко сказала она и повернулась к Адаму – ее глаза заблестели. – Мне жаль, что все так вышло. Я мечтаю, чтобы ты полюбил этого ребенка и очень не хочу, чтобы он внес разлад в ваши с мамой отношения. Папа, пожалуйста.
Все смотрели на Адама. Он пытался взять себя в руки и наконец сказал:
– Лорен, Дэн, я очень рад, что у вас будет ребенок, и буду любить его – даже не сомневайтесь. – Он попытался улыбнуться, но лицо исказила гримаса боли. – Все остальное – это наше с Рут личное дело, и мы решим, как лучше всего поступить.
После недолгой паузы Адам обратился к Алекс:
– А пока что, прости, но я не готов присутствовать на домашнем сеансе психотерапии. – Сказав это, он слегка ударил ладонями по столу, будто завершая собрание. Затем встал и начал собирать грязные тарелки. – Дэн, поможешь мне убрать со стола и приготовить кофе, пока остальные отдыхают?
В гостиной на диване лежала Рут с распущенными волосами, рядом с ней, положив ногу на ногу, сидела Лорен. Алекс сложила дрова на утро и стала газетой раздувать огонь в камине.
– Вообще ничего не изменилось, – заметила Алекс скорее для себя самой. – Только зря переживала.
Пламя затрещало и поднялось, достав до газеты, и Алекс резко отпрянула.
– С ним бесполезно разговаривать, – сказала Рут и села.
– Но он же как обычно передумает в последний момент, да? – обеспокоенно спросила Лорен?
– М-мм… – протянула в ответ Рут.
