Рут усмехнулась.
– Я только что подстриглась. Просто захотелось.
Сэм улыбался ей так же, как и при их первой встрече. Это было словно поднять лицо к солнцу. Он был одним из молодых энергичных режиссеров и сценаристов, которые флиртовали с ней, когда она работала на Би-би-си. Он дарил ей свои любимые книги и писал в них задушевные послания, приглашал ее на ночные показы заумных артхаусных фильмов. Ей льстил его пыл, но она давала понять, что бесконечно счастлива в своем браке.
– Тебе очень идет, – сказал он, глядя ей в глаза. – Кто бы мог противостоять твоим чарам?
Рут поморщилась и, не задумываясь, сказала:
– Мой муж, раз уж ты интересуешься.
– Серьезно?
– Шучу. – Она пожала плечами. – Взлеты и падения семейной жизни.
Подошел официант, и Сэм сделала заказ:
– Я буду джин с тоником, а ты?
Рут сказала:
– Воду без газа, пожалуйста.
Они заказали еду, затем она спросила о его фильме, и он подробно ей обо всем рассказал, гордый и взволнованный. Это была уже пятнадцатая версия сценария, над которой работали три автора; одна из главных актрис непременно хотела выполнять все трюки сама и в итоге сломала руку, что стоило им трех недель; затем студия попыталась изменить концовку, но он боролся до конца и победил.
– Извини, – наконец сказал он, – я говорю такие скучные вещи, как будто никто никогда не снимал фильмов. Как дела?
– Хорошо. – Она проткнула оливку. – Вообще я намеревалась уговорить тебя снять кое-что для нас, но держу пари, что теперь, когда ты знаменит, у тебя плотный график на много лет вперед. – Она склонила голову, поддразнивая его.
Он наклонился вперед и пристально посмотрел на нее.
– Рут, я с огромным удовольствием поработаю с тобой еще раз. Я беру перерыв на пару месяцев начиная со следующей недели, но после этого, помимо небольшой рекламной кампании фильма, я свободен. Что планируешь?
– У нас в разработке пилотный эпизод в современном сеттинге. С тобой это будет гарантированный успех. Умный, политический, очень актуальный – тебе понравится.
– Ты будешь продюсировать? – спросил Сэм.
– Не уверена. – Он нахмурился. – То есть да, вполне возможно. – Она уже много лет ничего не продюсировала.
– Мне бы хотелось снова поработать вместе, Рут, но как настоящая команда, а не как со старшим помощником, который периодически забегает на рабочие встречи.
Она рассказала ему о сценарии и своих идеях для кастинга. Через полтора года можно будет приступить к съемкам.
– Звучит здорово – пришли это все мне.
Они жадно ели, сплетничали и смеялись. Рут казалось, что она снова вошла в мир.
– Как Матильда? – спросила она, пока они ели овощной салат.
У Сэма была давняя подруга, с которой она встречалась пару раз, высококлассный ученый.
Он разгладил льняную скатерть.
– Мы взяли паузу, прошло шесть лет, и она хотела немного отдохнуть. Она сейчас в Австралии, на стажировке в Сиднейском университете.
Рут не удержалась.
– Вальсирует?
Сэм закатил глаза.
– Ты не первая об этом спрашиваешь. Вальс и приколы про ведьм сводят ее с ума. Она говорит, что Роальду Далю есть за что ответить.
– Ты скучаешь по ней?
– Честно говоря, меньше, чем я ожидал. Возможно, все пошло своим чередом. Тильда классная, но я не уверен, что готов еще и к детям. Я так много хочу сделать, прежде чем домашняя жизнь окутает меня своими щупальцами.
– Например?
– Например, обедать в Мэйфэре с очаровательными продюсерами. – Сэм откинулся назад и оглядел ее. – Никак не могу привыкнуть к этой прическе.
Рут засмеялась.
– Все были совершенно сбиты с толку. Моя дочь не могла найти меня в кафе на прошлой неделе, сказала, что ей кажется, будто у нее больше нет мамы.
Они разделили тарт-татен и сошлись во мнении, что он великолепен: резкий вкус яблок, приглушенный маслянистой карамелью. Рут пыталась оплатить счет, но Сэм настаивал: у него все в порядке в финансовом отношении, и теперь его очередь.
– Какие планы на день? – спросил он, когда они вышли на яркий солнечный свет.
– Иду на вокзал, оттуда домой, читать сценарии.
– Я пойду с тобой, – сказал он. – Погода сегодня замечательная.
Они шли по Пикадилли, словно туристы в чужом городе, остановились посмотреть на часы “Фортнума”, когда они пробили час и появились две деревянные фигурки. Сэм взял ее за руку, затем нейтрализовал жест, спросив, как дела у девочек.
– У них все хорошо. Алекс в Калифорнии, а Лорен живет в Брокли со своим мужем.
– А Адам? Он, должно быть, уже стал верховным палачом.
Рут засмеялась.
– Вряд ли, но он подает заявку на должность окружного судьи.
– Но тебя-то он не смог справедливо осудить.
Удовольствие, потом тревога.
– Пожалуйста, забудь, что я сказал. – Она попыталась отдернуть руку, но он держал ее. Они шли по Грин-парку.
– Тебе одиноко, Рут?
Он говорил так тихо, что она могла бы проигнорировать его. Она попыталась сказать что-то яркое и твердое, чтобы отразить вторжение и поддержать надлежащую профессиональную дистанцию, но у нее перехватило горло.
– Адам бросил меня, – произнесла она наконец дрогнувшим голосом.
