Да и что лукавить, на самом деле началось все очень просто, без каких-либо приключений. Этот человек подошел ко мне и сказал: «Я прилетел сюда на машине времени» и представился: «Евгений Иосифович». Что я должен был на это ответить?! Сказал: «До свидания» и пожелал ему на прощание написать об этом рассказ. Что с больного возьмешь?!
Версия о психической болезни была самой первой и самой логичной, я и сейчас, столько лет спустя, иногда возвращаюсь к этой спасительной мысли, будь она правдой — все бы очень сильно упростилось в этой истории. Забегая вперед, скажу, что выяснял у местных медиков — человек он абсолютно здоровый в психическом плане. И, как я потом неоднократно мог убедиться, имел весьма острый и проницательный ум. В день нашей первой встречи в ответ на мое прощание он ответил тем же банальным: «До свидания», но поставленным ударением как бы подчеркнул, что свидание состоится обязательно. И следующая встреча состоялась…
Нельзя сказать, чтобы сейчас идея путешествия во Времени овладела массами, но в те годы всякое упоминание о собственном полете в Машине Времени (МБ) служило пропуском в психиатрическую лечебницу, даже лучшим, чем почти анекдотичное утверждение «Я — Наполеон!» Людей, которые могли поверить или хотя бы прислушаться к данному заявлению, было совсем немного: всего месяца через два в одной из газет промелькнет маленькая заметка об известном физике Кип Торне, который наконец-то теоретически обосновал возможнее; создания Машины Времени, еще через год аналогичная книга выйдет у московского ученого Новикова. Наверное, должен был поверить в это и я: уже около года в одной из редакций лежала моя статья об опытах со Временем и о возможности создания МВ. Но не все так просто! Редактор отдела по фамилии Чудаков сам, навесное. считал меня чудаком («Это не может быть!..»). А что бы подумал он и все остальные, если стало бы известно, что в погоне за лишними доказательствами написанного я бы связался с умалишенными?!! Лучшей дискредитации и придумать невозможно… Именно потому, и не почему больше, я инстинктивно перестраховался (в чем, вероятно, теперь и пытаюсь оправдаться перед самим собой за упущенные возможности).
Прошло, однако, около двух лет, любопытство постепенно взяло верх, и, захватив с собой в качестве официального предлога для «нечаянного» возобновления разговора одну-две собственные, уже вышедшие к тому времени, статьи на эту тему, я отправился в путь. Впечатление было такое, что Евгений Иосифович ждал этого визита, во всяком случае, ни малейшего удивления по этому поводу не выказал. Разговор сам собой зашел о политике (самая модная тема времен перестройки), предстоящих выборах первого Президента России… «Да, интересное время сейчас! — привожу его слова, как запомнил. Однозначно в Президенты изберут Ельцина, это всем понятно. Горбачев уйдет, СССР распадется, война между армянами и азербайджанцами продолжится, но при этом еще подошли вплотную к войне Молдавия, Грузия, Чечено-Ингушетия, Средняя Азия, Югославия… Тут еще Украина, как зубная боль…» Рассказывал он в общем-то невероятные вещи, подкрепляя выводы вполне логичными фактами; все это было чрезвычайно интересно, но пора было брать быка за рога…
— Евгений Иосифович, все это достаточно убедительно, вы случайно не в Будущем про все это узнали? — на всякий случай я улыбнулся, а вдруг его прежнее заявление о Машине Времени было лишь шуткой?!
— Нет, на самом деле я — не так хорошо знал историю, да и многое успел забыть. Знал бы, что история мне может пригодиться, может, все не так бы было… — он закурил папиросу, с самым серьезным выражением на лице устроился поудобней на стуле (как оказалось, надолго) и стал говорить. Более удивительно го, убедительного и одновременно нереального устного рассказа ни мне, ни тем, кому я впоследствии давал послушать четыре полностью записанных кассеты, еще не приходилось слышать:
…«Я был тогда, в XXIII веке, еще совсем молодым юношей. Вдвоем вместе с девушкой, несколько старше меня по возрасту, мы однажды попали внутрь Машины Времени. Каким образом и с какой целью — эту тайну я унесу с собой в могилу… Мы собирались отправиться в гораздо более раннее Время, но так уж случилось, что в 30-х годах вашего века мы потерпели аварию… Я сильно ударился головой, в таком состоянии лететь дальше не имело смысла. Спутница моя была не в лучшем положении. Но не физические травмы были более всего страшны…
