- Хм, - Орочимару откинулся на спинку кресла, чувствуя волнение омеги и отчасти понимая его, ведь он за период своей врачебной практики сталкивался с подобным много раз, бывали даже случаи, что к нему приходили омежки 15-16 лет, слезно прося сделать что-нибудь. В основном, под этим «что-нибудь» скрывалась просьба об аборте, причем в девяти из десяти случаев ему предлагали деньги или иные блага, только бы нигде эта операция не фиксировалась, и все осталось в тайне, но Орочимару никогда не соглашался. Нет, он не был уж настолько честным и праведным, как и все доктора, принимая скромную благодарность от своих пациентов, но благодарность за зачатие, рождение или спасение жизни, а не за убийство. Ему, как омеге, который сам родить не мог, было больно и противно смотреть на этих щенков, которые относились к ребёночку у них внутри как к опухоли, которую можно без проблем удалить и забыть о том, что она вообще была, но, как врач, он не мог игнорировать понесших подростков, которым случайный секс мог вроде как поломать жизнь, поэтому перенаправлял таких пациентов к другим докторам, которые были менее обременены моральными нормами и собственными принципами. И вот сейчас перед ним вновь был молодой омега, но этот парень, пусть ещё и школьник, твердо решил рожать и даже не заикнулся об аборте, что наталкивало Шиин на мысль, что мальчишка любил, любит своего альфу, а тот, похоже, нет. Пожалуй, Орочимару мог сказать, что он гордится Ходзуки Суйгетсу в том плане, что ему хватило ума и мужества не винить ни в чем малыша и взять на себя ответственность за его жизнь, поэтому именно этому омеге доктор собирался помочь настолько, насколько ему позволяли должность и связи.
- Конечно же, я должен сообщить о факте предположительного родителя-одиночки в Службу Опеки, - продолжил свою мысль Орочимару, сразу же заметив, как омега инстинктивно прикрыл руками живот, а его биополе опасливо ощетинилось, готовое оберегать и защищать, - но ваш случай, Суйгетсу-кун, я считаю исключительным, поэтому могу предложить вам вариант, который обезопасит вас и вашего будущего малыша, - Шиин прекрасно знал, какая репутация закрепилась за кланом Ходзуки ввиду их сомнительного прошлого, поэтому он вполне мог предположить, что инспекторы Службы Опеки очень скрупулезно будут оценивать условия проживания, да и самого молодого отца будут проверять не менее тщательно, тем более что мальчишка ещё школьник и наотрез отказывается называть имя второго родителя. Доктор подумывал о том, что у альфы слишком знатная фамилия, чтобы так просто заявлять об его отцовстве, или же можно было согрешить на то, что альфа женат, предположить, что ребёнок был зачат, как инструмент, который должен улучшить материальное и социальное положение клана, да и вообще много было таких нюансов, за которые только зацепись, так что мальчишке придется ой как не сладко, особенно, учитывая то, что с ним пришел не член семьи, а друг.
- Я… - блондин опасливо переглянулся с Саске, и тот одобрительно кивнул, давая понять, что доктору можно доверять. – Я вас слушаю, - конечно же, было бы проще довериться ментальным ощущениям и точно понять, что думает о предложении доктора друг, но они решили не афишировать свою связь перед врачом, посчитав это личным и излишним, а вообще-то Суйгетсу сейчас очень не хватало ментальной поддержки друга. Он начал сильно нервничать в ту минуту, когда речь зашла о Службе Опеки, хотя во время осмотра вел себя спокойно и сдержанно, уверенно и точно отвечал на вопросы, не смущался и не пытался противиться процедурам, а вот сейчас у него мелко дрожали коленки. Да, Мангетсу работает в полиции, у него благополучная семья, а сам клан Ходзуки постепенно вроде как укрепляет свои новые позиции степенной и ответственной ячейки общества, хотя до стабильности им, естественно, ещё далеко, но дело могло повернуться так, что Служба Опеки посчитает, что один альфа, у которого на содержании муж и маленький ребёнок, не сможет обеспечить ещё двоих, поэтому либо у него заберут малыша, либо он будет вынужден назвать имя отца, которому или передадут ребёнка, или обяжут его выплачивать алименты. Но он не мог допустить ни второго, ни, тем более, первого, так что, если доктор действительно предложит что-то дельное, то почему бы и не прислушаться к его совету.
