В том, что касается оппозиции, то основным архитектором и источником революции сегодня является Кремль. Он делает все возможное, чтобы революция свершилась – не только в силу разложения властных институтов, но и того, что Кремлем взята на вооружение именно кучмистско-шеварднадзевско-акаевская программа контрреволюции. Вся кремлевская риторика и кремлевская политическая практика сводится к следующему: мы обеспечиваем стране стабильность, у нас экономический рост. (Или, как говорил ровно за две недели до начала «оранжевой революции» один из руководителей администрации президента Украины, в странах с таким экономическим ростом революций не бывает.) Наши оппоненты – это фашисты, это гражданская война. Надо не допустить фашизма и гражданской войны – это сделаем только мы.
На что и в Грузии, и в Украине, и в Киргизии, хотя там ситуация гораздо сложнее, контр-элиты и суб-элиты отвечали: «Да нет, ребята, чем вы, так лучше война. Так что не пытайтесь продавать нам тот мир, который является синонимом полного вырождения и стабилизации статус-кво, который нас, людей инициативных и творчески мыслящих, совершенно не устраивает». Именно этим же путем сегодня идет и Россия.
В рамках той же контрреволюционной программы буквально вчера происходит какая-то пресс-конференция кремлевских очередных деятелей, которые начинают заниматься формированием имиджа России в мире как демократического государства. Знаете, все это очень напоминает усилия ЦК КПСС осени 1990-го – весны 1991 года, когда в Академии общественных наук на Юго-Западе собирались люди и обсуждали повестку дня XXXII съезда КПСС. Вот именно этим и занимается сегодня путинский истеблишмент – агрессивной демонстрацией собственного разложения, что прежде всего ведет к окончательной утрате пиетета перед этой власти и подтверждает необратимость ее деградации.
В этом смысле революционный субъект важен сегодня скорее эстетически, чем политически или идеологически. Оппозиционный субъект – это, прежде всего, человек, личность. Яркая личность имеет сегодня огромные шансы драться за победу даже независимо от идеологии, которую она будет олицетворять – потому что на фоне тотальной серости, на фоне этого кремлевского болота любое яркое явление будет поддержано огромными массами народа.
В этом смысле «оранжевая революция» не была либеральной революцией. Точно так же, как в Грузии, революция была
Поэтому восторги Ясина, Немцова или Березовского по поводу «оранжевой революции» при экстраполировании ее на Россию – эти восторги ни на чем не основаны. Так что сегодня Борис Ефимович Немцов, сдуру ставший экономическим советником Ющенко, уже понимает, что попал не в ту компанию, на которую рассчитывал. И если там чего-то начинают заниматься национализацией и всем тем, чего от Путина ожидали, но чего тот не сделал, антипутинская власть на Украине начинает потихоньку укрепляться.
Главную проблему Кремля я вижу в его бессмысленности и бездарности. А вовсе не в происках чего бы то ни было, и проблема субъектности оппозиции – это сегодня проблема эстетики и качества того послания, которое оппозиция сможет сформулировать обществу. И конечно, оппозиция – это лидер. Единый лидер уже или пока в оппозиции не просматривается, но там есть несколько ярких талантливых людей, на которых ход истории может сделать ставку.
Я думаю, что процесс разложения власти займет еще два – два с половиной года, и за осень 2007 года власть никак продлиться не может – хотя бы в силу действия неотвратимых законов истории и физики. Это значит, что либо в 2007 году Путин добровольно уступает власть, либо она входит в неуправляемую болтанку, выход из которой может оказаться самым трагическим.
