Суть времени. Том 4 полностью

«Приглашения туда будут адресными, чтобы избежать возникновения аморфной и развалившейся в итоге структуры, какой был Всероссийский гражданский конгресс (ВГК)… Декларация о создании ВГК, объединившего свыше тысячи гражданских активистов, была опубликована 12 декабря 2004 года Людмилой Алексеевой, Гарри Каспаровым и Георгием Сатаровым. В 2006 году на его основе была создана коалиция „Другая Россия“. Последний съезд ВГК прошел в 2008 году».

Значит, это Касьянова не устраивает. Там слишком много людей, мнениями которых нельзя до конца отманипулировать. Там слишком разные точки зрения на происходящее. И там есть желание каким-то способом нащупать связь с массами. А это совершенно не нужно. Не на это ставка, а совсем на другое. Массы нашими демократами ненавидимы, как всегда.

«Никакой формальной регистрации движения или объединения не подразумевается, считает экс-премьер.

Часть приглашений разослана или согласована, говорит Касьянов, упоминая среди возможных участников нескольких известных политологов (Лилия Швецова, Георгий Сатаров), двух своих коллег по ПАРНАСу Бориса Немцова и Владимира Рыжкова, а также группу культурных деятелей — Лию Ахеджакову, Олега Басилашвили, Наталью Фатееву. В числе участников будут корифеи правозащитного движения Людмила Алексеева и Сергей Ковалев (он сказал „Газете. Ru“, что может пропустить заседание из-за возможного отъезда, но под замыслом „круглого стола“ подписывается).

Представителей бизнеса на первой встрече не будет, так как сейчас „важно собрать моральные авторитеты“ (авторитеты для кого? Для собирающих? Для Запада? Для кого? — С.К.), говорит Касьянов. В будущем бизнесмены могут появиться, могут вестись переговоры и с политиками…»

И так далее.

Я хотел показать только одно: не мы лишь думаем о том, что делать под кожей выборов, под тонким мертвеющим слоем респектабельного выборного политического процесса. Другие тоже думают.

Одни — о том, как придать этому уличный характер.

Другие — о том, как придать ему келейный характер.

Но только мы хотим придать этому организованно-политический характер массового, альтернативного представительства. И мы эту идею выдвинули. Будет ли она осуществлена или нет, зависит не от нас. А от того, найдутся ли другие в достаточном количестве для того, чтобы придать этой идее нужный характер массового представительства — представительства, собравшегося от лица десятков миллионов граждан.

Если сегодня это не удастся, надо делать все для того, чтобы это удалось завтра.

Если завтра это не удастся, надо делать все для того, чтобы это удалось послезавтра.

Но именно это является единственной альтернативой келейности а ля Хельсинки и уличности, которая разнесет все в клочья.

Именно тут и находится та золотая середина, которая может повлиять на ход политического процесса, не разрушив страну.

Что тут нетехнического? Что тут абстрактного? Что тут от высей поднебесных?

Это сермяга политической жизни. И, как вы видите, не только нашей. Мы не выдвинем своих инициатив в ходе процесса — их выдвинут другие, и они их уже выдвигают. И это будет называться сначала «круглый стол», потом «Московская трибуна», а потом еще как-нибудь.

Мы прекрасно понимаем, что этот процесс начался. Это практический политический процесс. И мы обращаемся к своим сторонникам:

Учтите все это, проанализируйте это сами внимательно. Объясните это другим. И поймите, что вот это и есть политическая практика. Да, возможно, слишком обширная на сегодня — политическая практика на вырост. Но если вы не задаете политическую практику на вырост, то вы обречены на то, чтобы толочь воду в ступе. Вот политическая практика на вырост. И она должна быть.