Сувенир для олигарха полностью

— Нужна мне она! — возмущенно отозвалась девица и тут же надвинулась на Леню, прижала его к стене горячим мощным бедром и с чувственной хрипотцой проговорила:

— Нет, ну как, ну как ты можешь жить с такой психопаткой?

— Слушай, Тома, мы как-нибудь сами разберемся! — ответил Леня, пытаясь высвободиться. — Ты лучше скажи, видела ее сегодня?

— Нет, Ленечка, тебе нужна совершенно другая женщина! — Тамарка перешла на интимный шепот и ненароком распахнула шелковый халат ниже допустимых в обществе пределов, выпустив свой впечатляющий бюст на свободу. — Тебе нужна заботливая, ласковая женщина, которая сможет ценить тебя по достоинству, заботиться о тебе…

— Тамарка, ты что… — Леня пытался выбраться из ее жарких объятий, но это было почти так же трудно, как выбраться на свет божий альпинисту, погребенному снежной лавиной.

— Тебе нужна внимательная, любящая женщина, а не эта законченная психопатка…

— Вы с ней что, поцапались сегодня? — спросил Леня, пытаясь поднырнуть под Тамаркин бюст и таким путем выбраться на свободу.

— К тому же она еще и фригидная, — продолжала Тамарка, попытавшись поймать ускользающего мужчину, — я же слышу, из вашей комнаты по ночам никаких звуков не доносится…

— Ты еще и под дверью подслушиваешь? — разозлился Маркиз и ловко увернулся от Тамаркиного захвата.

— Больше мне делать нечего! — фыркнула девица, поняв, что добыча ускользнула. — А эта твоя дура только и думает, что о своей распрекрасной внешности! Лучше бы о мужчине заботилась! Если уж тебе повезло, достался объект, так надо его беречь, заботиться о нем! — Тамарка гордым жестом запахнула халат и неторопливо вплыла в свою комнату.

— Поскандалили они утром! — раздался в коридоре заинтересованный голос Зинаиды Викентьевны. Она стояла на пороге своей комнаты и с любопытством осматривала Ленину одежду, приведенную в художественный беспорядок единоборством с любвеобильной Тамаркой.

— И куда Лола ушла? — с надеждой спросил Маркиз. — Она вам ничего не сказала?

— Ничего не сказала, — Зинаида Викентьевна обиженно поджала губы, — совершенно ничего.

— — Что; же делать? — Леня стоял посреди коридора, растерянно уставившись на соседку.

— Ничего не сказала, — продолжила Зинаида Викентьевна, — а только потом по телефону куда-то звонила…

— Куда, — в голосе Лени снова появилась надежда, — куда, вы не расслышали, Зинаида Викентьевна?

— Нет, куда она звонила, я не расслышала, — соседка покачала головой, — а спрашивала она какую-то… Розу Тигровну.

— Не Тигровну, а Тиграновну! — подала обиженный голос из своей комнаты Тамарка.

— Ты что, тоже слышала? — крикнул Леня в сторону ее демонстративно закрытой двери.

— Я же говорю, ее, кроме собственной внешности, ничего не интересует, — по новой завелась Тамарка, — если тебе повезло, достался объект, нужно о нем заботиться, кормить как следует, и все остальное тоже, тогда его надолго хватит, а если все время только по салонам красоты шляться…

— По салонам красоты? — переспросил Леня, пытаясь вычленить из Тамаркиных причитаний полезную информацию.

— Я же и говорю, психопатка твоя в салон красоты умчалась, позвонила этой Розе Тиграновне и улепетнула!

— Зинаида Викентьевна, умоляю, присмотрите за Пу И! — крикнул на бегу Маркиз, устремившись к выходу из квартиры.

Он понял, куда подевалась Лола: она отправилась в салон красоты «Василиса», расположенный совсем рядом с их прежней квартирой. Понял он и причины этого безрассудного поступка: она поругалась с Леней, потом еще на эту «незажившую рану» наложился скандал с Тамаркой, настроение окончательно испортилось, и Лола увидела только один способ исправить его — отправиться в салон и заняться там своей внешностью… То, что это смертельно опасно, ее нисколько не беспокоило, и даже Пу И она не взяла с собой, наказав за ночное предательство!

Машина завелась с пол-оборота, и Леня помчался к «Василисе». Теперь он был твердо уверен, что промедление смерти подобно.

Он нарушал все мыслимые и немыслимые правила уличного движения, превышал все ограничения скорости в Солнечной системе, надеясь только на свое везение.

И везение ему не изменило — он не разбился, и его не остановил ни один автоинспектор. Может быть, в этот день у какого-нибудь большого начальника ГИБДД был день рождения, и все инспектора отправились на праздник.

Через пятнадцать минут Леня уже подлетел к салону красоты.

Возле салона стояло целое стадо дорогих иномарок — видно, приличное заведение. Охранник, дремавший у входа, вполглаза следил за припаркованными машинами, следя, чтобы каким-нибудь малолетним хулиганам не пришло в голову нацарапать на них гвоздем свои мысли. На Леню он посмотрел совершенно равнодушно — наверное, взмыленные и перепуганные мужчины нередко прибегали сюда в поисках своих жен и подруг, и не вызывали у секьюрити никакого профессионального интереса.

Ворвавшись в салон, как белорусские «челноки» врываются в поезд Петербург-Варшава, Маркиз спросил у первой попавшейся женщины в розовом халате, сидевшей в кресле к нему спиной:

— Скажите, Роза Тигровна, это кто?