Такая же ерунда предписывалась в случае некоторых возможных проблем, как-то: нежелание Вайятху принимать необходимые лекарства (причём, похоже, это была обязательная процедура!), любая попытка раба настоять на своём, чего бы это ни касалось, хотя бы места, где он хотел сесть, малейшего каприза или высказанного недовольства. Нет послушания – нет секса. Это заставляло задуматься о том, насколько сии занятия были важны для душевного благополучия заморыша…
Ещё там были прелюбопытные рекомендации, призванные, насколько я поняла, подчеркнуть и закрепить господствующее положение хозяина по отношению к Вайятху, как-то: запрет рабу сидеть рядом с хозяином, есть из одной тарелки, пить из одной посуды, даже спать рядом! Насколько я поняла, после доставления хозяину всяческих утех, Вайятху был обязан вернуться на пол, где и проходила основная часть его жизни. Прекрасно просто! Если подумать, то у многих домашних питомцев существование было куда более комфортабельным и счастливым…
К моему величайшему удивлению, инструкция прямо призывала хозяев не выпускать, без надобности, Вайятху из комнаты, где он жил, искусственно ограничивая его кругозор и познания. В качестве рекомендованного занятия для постельного раба предлагались книжки, составленные из картинок, на темы, близкие к его постоянной «работе». (Тут я задумалась: одну порнографию, что ли, они ему показывали?! Кошмар…)
Ещё рабу позволялось рисовать, разукрашивать картинки, которые ему особенно нравились, и играть в какие-то примитивные «настольные» игры, названия которых мне совершенно ничего не сказали. За успешное окончание игр Вайятху следовало поощрять, за брошенную на полдороге – порицать. Ещё ему было можно играть на некоем музыкальном инструменте, которого я тоже не знала, но догадывалась, что он был примитивным. М-дааааа….
В общем и целом, подводя итоги, я поняла, что центром жизни лягушонка всегда был его хозяин. Даже если его прежний хозяин умирал или был не в состоянии больше забавляться с ним, заморыша заблаговременно «перепрограммировали» на следующего из династии Кальтари, и всё повторялось заново. Подчинение, послушание, полная покорность и постоянный приём лекарств.
Больше всего меня заинтересовали эти самые лекарства. Потому что, если это были обычные успокоительные, – то полбеды, а вот если кикиморыш всю жизнь сидел на каких-нибудь специальных препаратах, корректирующих заложенные в него изменения, – тогда это может превратиться в ооооочень большую проблему… Надо попытаться вытрясти из Линн хотя бы название этих таблеточек! А в идеале – состав.
Всё остальное решалось привычным путём – через императорского лекаря, чтоб его Плорад пожрал… Что он там делал с Вайятху – Всевидящий знает, но, после смены хозяина, ему приходилось каждый раз, как минимум, дважды посещать лягушонка, чтобы что-то там корректировать… Даты его посещений аккуратно вносились в отведённый для этого раздел, помещённый в самом конце книжки. С одной стороны – вроде, вполне традиционные процедуры, а с другой… Я не представляла, что должно твориться в голове гуманоида, прожившего более ста лет такой вот жизнью!
Куда они подевали большую часть инстинктов, которые во многом управляют жизнью любого существа, как ограничили его естественные потребности, как убрали стремление к познанию нового, и как, к диосам, они вообще ухитрились превратить заморыша в какое-то подобие домашней зверушки?! Потому что, судя по отдельным указаниям и замечаниям, развитие Вайятху просто было искусственно заторможено на одном уровне, причём, достаточно низком. Если брать соответствие человеку, то он тянул на четырёх-пятилетнего ребёнка, и то с умственной отсталостью!
Короче, прочитав этот опус, я схватилась за голову. Во что Линн меня втянула?! Это же готовый пациент для коррекционного центра помощи психически нестабильным! Причём, лет на десять, а то и на всю оставшуюся жизнь! Нет, я её всё-таки убью…
Именно когда я дошла до этой оптимистичной мысли, Деона сообщила, что заморыш проснулся.
- Угу, – проворчала я и встала.
Надо посмотреть, как он там. И попробовать покормить ещё… Ох, Всевидящий! А я-то надеялась, что дорога домой будет эдаким приятным ничегонеделанием…
Кикиморыш снова смирно сидел на кровати, опутанный проводами от датчиков, но не предпринимал никаких попыток избавиться от них. Его тело успело окраситься в уже привычный зеленоватый цвет. Ну, и ладушки. Если выбирать между серым и зелёным, то мне больше нравился второй вариант, – как-то живенько так...
Я изобразила самую доброжелательную улыбку на лице и сказала, по возможности, весело и беззаботно:
- Ну, привет, Маугли! Хорошо поспал? Надеюсь, что теперь ты проголодался и с удовольствием что-нибудь съешь. Так, погоди, я отсоединю датчики. Ну, вот! Теперь можно идти на камбуз.
Я сложила всё на место, убрала модуль и мысленно приказала Деоне предоставить мне полную информацию о результатах осмотра, как только они будут готовы. Потом снова улыбнулась Вайятху и протянула ему руку:
- Пойдём.