Повесть «Суворовцы» рассказывает о жизни и учёбе ребят разных национальностей, нашедших в Суворовском училище свой второй дом. Для младшего школьного возраста.
Вано Георгиевич Урджумелашвили родился в 1920 году в городе Гори, в семье рабочего.
Окончив среднюю школу, он поступал в Горийский педагогический институт на филологический факультет. Вино Урджумелашвили участвовал в Великой Отечественной войне, был награждён боевыми орденами и медалями. Демобилизовавшись, он продолжил прерванную учёбу и в 1950 году закончил институт.
Свою первую повесть «Дни в Корее» Урджумелашвили написал в 1951 году, Эта книга была издана и в Пхеньяне, на корейском языке.
В 1952 году вышла из печати детская повесть писателя «Моранбони». Жизни грузинских колхозников посвящена повесть «Ровесники».
В 1957 году в Тбилиси издан сборник рассказов Вано Урджумелашвили «Испанский мак».
Повесть «Суворовцы» рассказывает о жизни и учёбе ребят разных национальностей, нашедших в Суворовском училище свой второй дом.
Суворовское училище, в котором учимся мы с Васей Смирновым, находится в городе, расположенном на берегу Чёрного моря.
С Васей я познакомился в первый же день моего прихода в училище. Мы оказались в одном отделении у лейтенанта Логинова. Лейтенант определил мне место в строю рядом с Васей. С тех пор мы шагаем всегда бок о бок. В классе также сидим на одной парте.
Вася из Смоленска. Родителей не помнит: отец его погиб на фронте во время Отечественной войны, а мать захватили в плен фашисты, вывезли в Германию, и от неё нет никаких вестей.
Наши одноклассники-суворовцы говорят, что лучше Васи друга не найти. Не знаю, пока что я ничего хорошего не замечаю. По-моему, он немножко важничает: говорит мало, а иногда скажет так резко, что поневоле обидишься.
Что же ты за товарищ, если отказываешься от помощи?
На днях, например, у нас была первая контрольная работа по арифметике. Все мы к ней готовились, многие из моих одноклассников повторили почти все задачи, которые мы раньше решали в классе. А я рассчитал, что раз это первая контрольная, то учитель, вероятно, выберет задачу с начала, с конца или с середины. И я выучил первую, последнюю да ещё одну из середины наизусть. Заучил, что называется, назубок! На моё счастье, учитель начал писать на доске как раз первую задачу! От радости я чуть было не захлопал в ладоши.
Смирнов раньше меня переписал условие. Но как только дело дошло до решения, тут он и запнулся: как ни ломал себе голову, ничего у него не получалось.
А я быстро решил задачу и думаю:
«Разок еще проверю, сдам учителю тетрадь и побегу во двор, поиграю в мяч вдоволь». Но тут же упрекаю себя: «Нет. брат, что же это получается? Товарищ в таком затруднительном положении, а я ему не помогаю. Вот тебе и дружба!»
Я тихонько толкнул Смирнова коленом. Вася нахмурился и буркнул:
— Чего лягаешься?
«Вот чудак! — думаю. — Неужели он не понимает, для чего я его толкаю?»
Я написал ему на промокательной бумажке: «Расстояние между городами раздели пополам. К частному прибавь 20. Получишь расстояние, пройденное автомашиной, которая вышла из города А. Это первый вопрос. Сейчас напишу второй».
Смирнов мельком взглянул на бумажку, но читать не стал, подвинул её ко мне и спокойно продолжал размышлять над задачей.
Меня зло взяло. Я тотчас же сдал тетрадь учителю и выбежал из класса.
Ишь ты, какой гордец! С каким пренебрежением отказывается от помощи. Ему, видно, хоть яичницу поджарь на своей ладони, всё равно ни во что не поставит. Чего, спрашивается, задаваться! Мы ещё посмотрим, как он решит задачу и какую отметку получит. Это ещё бабушка надвое сказала.
Скоро раздался звонок.
На перемене Смирнов сразу подбегает ко мне и спрашивает, какой ответ у меня получился на первый вопрос.
— Чего же ты меня спрашиваешь, умная твоя голова? Ведь я тебе написал на промокашке!
— Знаешь, Тенгиз, я не люблю списывать у других. Лучше в свободное время ты мне помогай.
— Отстань, пожалуйста, не до тебя мне сейчас! — обрезал я и помчался на площадку, где товарищи играли в мяч.
С тех пор я ещё меньше дружу со Смирновым. Мы, конечно, разговариваем, так же как и раньше сидим на одной парте. Да разве нас спросят, хотим мы сидеть рядом или нет! Приказал офицер-воспитатель, и всё. Нравится или не нравится, всё равно должны быть вместе и в строго рядом шагать.
А тут ещё в воскресенье встретил я Васю на берегу моря. Не хотелось мне с ним гулять, но мало-помалу разговорились и так увлеклись, что не заметили, как подошёл к нам начальник нашего училища генерал Васильев. Генерал — высокого роста, грудь вся в орденах.
Генерала я пока не знаю близко, поэтому ничего не могу сказать про него ни хорошего, ни плохого. А к чужим разговорам я не прислушиваюсь. Может же случиться, что для одного генерал хорош, а для меня окажется плохим. Может оказаться и наоборот. Это, конечно, было бы для меня лучше.
Так вот, смотрю я и вижу — генерал прямо направляется к нам, глядит на обоих.
