Распахнув створки необыкновенно большого окна, я вышла на широкий балкон-террасу с чисто символическим ограждением, чтобы обозначить и не было жалко, если случайно зацепишься и снесешь. У нас такой же на втором этаже замка есть для посадки в драконьей форме. Снаружи в лицо ударил холодный, неприветливый ветер; будучи в пижаме и легком шелковом халатике я сразу покрылась мурашками, босые ступни моментально озябли и грозили примерзнуть к полу. Но, замерев у края балкона, я изумленно уставилась на величественные горы с венчающими их снежными шапками. Места незнакомые, но положение светил подсказало, что это Высокогорье. Только гораздо выше, чем расположены земли Синего клана. Вот и хорошо, что не по другую сторону Игаи, а почти дома, в драконьей стране, уже плюс.
Развернувшись, я уставилась вверх. Как предположила сразу, «гощу» в незнакомом замке. Несколько черных шпилей уходят небо, исчезая в пушистых белоснежных облаках. Одинокие башни и пустые сторожевые площадки напугали до дрожи отсутствием признаков жизни. Странно. У нас куда не плюнь, обязательно в кого-нибудь попадешь и огребешь за баловство. А тут…
«Куда меня занесло?» — спросила я у ветра дрожащим от страха голоском. Но тот лишь швырнул мне в лицо мою растрепанную косу. Еще раз заглянув за хлипкое ограждение, убедилась, что замок находится в самой высокой и неприступной точке Высокогорья. Балкон нависает над пропастью, а вокруг только безмолвные серые скалы, покрытые льдом и снегом. Удручающий и унылый вид, без крыльев отсюда не сбежать. Но и сразу пускаться в бега тоже не выход.
Сперва надо подумать, что делать дальше: искать того, кто в курсе, как я здесь оказалась, или по-тихому сменить ипостась и убраться, пока не поздно. Для начала можно попробовать использовать то, чему научили в академии. А конкретно — нарисовать защитную руну от темных проклятий, вдруг да получится избавиться от непонятных кандалов? Именно они меня настораживают и вызывают сомнения на данном этапе. Зябко пожав плечами от холода и страха, я вернулась в комнату.
— Проснулась? — встретил меня холодный, совсем не мелодичный как раньше, а дребезжащий ледяными сосульками голос.
Двери на балкон за моей спиной сами по себе плавно закрылись, отрезая от холода и ветра, а я застыла на полдороге к кровати, вытаращившись на расположившегося в одном из кресел Келео. Меньше всего на свете я ожидала увидеть здесь именно его. Рядом с ним у меня обычно сам собой нарушался сердечный ритм, потели ладошки, щеки горели от смущения, а еще размягчался мозг. Поэтому целую минуту я глазела на него, отмечая и привычный темный наряд, и укороченные светлые волосы, концы которых оказались не длиннее шеи. Отметила и тот факт, что перстень-артефакт так и не восстановился — серый камень с трещиной едва светится. Значит нечему оттягивать излишки Тьмы и скрывать ее влияние на окружающих, поэтому он так коротко постригся. Чтобы больше тьмы не накапливать в естественном накопителе — волосах.
Лицо у Келео по-прежнему слишком хищное, с резкими чертами, проявляющимися черными чешуйками его дракона, с полыхающими Мраком бездонными омутами глаз, напряженно сжатыми тонкими губами, рвущимися наружу клыками. Магия Тьмы буквально заполонила комнату, стекалась ко мне, окружая, перекрывая пути отступления, впервые создавая вокруг тяжелый, какой-то угрожающий сумрак.
Видимо, разговор с хозяином этой Тьмы у нас будет долгим. Вон как он удобно расселся, вытянув ноги, положив ладони на поручни, — не человек, а зверь, притворяющийся таковым для наивных обывателей.
— Вы-ы-ы?.. — наконец-то, просипела я ошарашенно. Потом, кашлянув, добавила уже грозно: — Так это вы меня украли и притащили сюда? Кстати, где мы?
Грозно не вышло. Скорее, я нервно выдохнула, причем голос сорвался на отчаянный писк. Как у мышонка, попавшего в лапы голодному коту. Ну а черный дракон промолчал, ни здравствуй, ни прощай, сидит себе спокойненько и сверлит меня загадочным изучающим взглядом. Затем скользнул им по моему лицу, плечам и груди, коснулся талии и бедер, спустился к ногам с поджатыми от холода пальцами.
Неожиданно Келео встал и, не говоря ни слова, пошел в гардеробную. Его резкие движения всколыхнули Тьму и позволили ощутить его запах, такой знакомый с детства: можжевельник со щепоткой древесного угля и долькой апельсина. Последние три месяца этот аромат преследовал меня всюду, въедался под кожу. Через несколько мгновений к моим ногам упали мягкие домашние туфли, а сам Келео направился на выход, обронив почти безразлично:
— Эта комната навечно твоя. Улететь отсюда ты не сможешь. Смирись!
Вот тут я не выдержала и, разозлившись, с вызовом заявила:
— Вы не имеете права удерживать меня здесь! Я выражаю официальный протест и…
Укравший меня черный дракон подошел к той самой, бывшей запертой двери, так и не обернулся, проигнорировал. Пришлось усилить угрозы:
— Я пожалуюсь дяде Хашеру и дяде Майдашу, все-все им расскажу в подробностях!
