Высокая духовность искусства восходит к романтической традиции идеализации окружающей реальности в мифопоэтике человеческого чувства.
Основными темами творчества издревле до настоящего времени являются «смерть, любовь, красота». Три мыслеобраза определяют трехчастность космического времени:
Смерть – прошлое
Любовь – настоящее
Красота – настоящее и (в стремлении) будущее.
Единство этих составляющих выражается в непрерывной борьбе (поединке) Добра и Зла. Герой и защитник в одном лице, совершает космический подвиг в пространстве и времени (победе над Божественным Уроборосом). Мифы о нем переходят из искусства в другие сферы культуры, укрепляясь традицией в памяти человечества.
Архетип Святого Георгия Победоносца, спроецированный в сферу самоорганизации общества, постоянно порождает героический миф – идеологически окрашенное повествование о подвигах героев, претендующее на статус истинного представления о событиях прошлого, в настоящем и прогнозируемом будущем и положительно воспринимаемое одной или рядом этнокультур. Миф о герое является вневременным, необходимым и во многих случаях созидательным компонентом общественного сознания, которое не может довольствоваться только рациональными аргументами, поэтому мифологическая интерпретация событий и прогнозы, придающие особую, эмоционально-окрашенную значимость нашим ценностям, убеждениям, целям на будущее, всегда востребованы. Этот миф, обращенный к различным пластам рефлексии, выступает как средство объяснения действительности, делая её более доступной пониманию. Сопоставление структуры и содержания различных героических мифов приводит к выводу, что из самих перекличек между этими описаниями вырисовывается одна и та же драма, которая лежит в основе традиций героических историй.
С рождением образа Героя в сознании человека, зримо актуализируется его цель и самоценность, возможные ориентиры самоидентификации.
Универсальное сходство анатомии и физиологии сенсорных органов и нервной системы человека говорит о том, что сенсорные впечатления и их преобразования с помощью процессов восприятия и далее воображения протекают аналогично в различных культурах. Информационное содержание ситуации защиты в архетипическом бессознательном большинства культур ассоциируется с концептом змееборчеетва. Художественные характеристики стимулов, вызывающие любопытство и чувство восхищения включают в себя новизну, неопределенность, усложненность. Они являются формальными и структурными факторами, которые не зависят от конкретного стиля искусства. Новизна стимула формируется на основе взаимосвязи между сопоставимыми переменными и умеренно-сложной привнесённой суб– или этнокультурной новацией, которая вызывает наиболее сильную ответную реакцию на уже закреплённую в мышлении модель подражания.
Единые механизмы создания и передачи изобразительных традиций подтверждают стремление представителей различных культур сформировать произвольные целостные образы – картины мира, включающие глобальные обобщения о пространстве и времени.
Образ святости и героизма, которые олицетворяет Георгий Победоносец, есть настоящая школа русского национального характера. Преклонение перед святым и героем возвышает душу: оно указывает ей – и задание, и верный путь. [238] Поэтому во всей христианской истории трудно найти более устойчивый и выразительный символ единства торжествующей религии и власти, опирающейся на копье Георгия Победоносца, поражающего Змея. Двойственность облика святого Георгия сказалась и в официальном церковном культе. Этому святому церковь празднует память как одному из самых замечательных великомучеников за веру, но также и как воину-победигелю, а в жизни вечной – победоносному вождю христианского воинства. [239]
1. African Zion the sacred art of Ethiopia. – Yale University Press, New Heaven and London, 1993. – 271 c.; ил.
2. Radojcic S. Srpska umetnost u srednjem veku / Radojcic S. – Beograd, 1982. – 159 с.: ил.
3. Radojcic S. The ikons of Serbia and Macedonia / Radojcic S. – Beograd, 1963. – 104 с.: ил.
4. Аверинцев С.С. К уяснению смысла надписи над конхой центральной апсиды Софии Киевской / С.С. Аверинцев // Древнерусское искусство. – М., 1986. – 368 с.
5. Аверинцев С.С. Образ античности в западноевропейской культуре XX в. Некоторые замечания / С.С. Аверинцев // Новое в современной классической филологии / ред. С.С. Аверинцев. – М.:, 1979.-С. 5-40.
6. Аджи М. По следам Святого Георгия / М. Аджи // Сельская молодёжь. – 1996. – № 9. -С. 35–50
7. Акилле Бонито О. Искусство на исходе второго тысячелетия / О. Акилле Бонито; пер. с ит. – М.: Художественный журнал, 2003.-247 с.
8. Аксенова Г. В. Русские полководцы / Г. В. Аксенова. – М.: Астрель: ACT, 2003. – 208 с.
9. Алексеев С.В. Энциклопедия православной иконы / С.В. Алексеев. – СПб.: Сатис, 2002. – 112 с.
10. Алексеева Л. М. Полярные сияния в мифологии славян: тема змея и змееборца / Л. М. Алексеева. – М.: Радуга, 2001. – 456 с.
