Церемониал царской свадьбы в Византии. Беседы на пиру. Образование государства Вахтанга Горгасали на стыке двух империй. Арабские завоевания в Закавказье. Армянский эмират Багдадского халифата. Абхазия, Картли и Кахетия в войне с завоевателями.
Наступил день свадебных церемоний1. Сочетание священными узами брака провинциальной актрисы и наследника царского престола.
Почти все собравшиеся сегодня в дворцовом крыле у цесаревича Романа2 были преимущественно бюрократического сословья. Возглавлял свиту цезаря паракимомен, первый министр и спальничий самого государя Васили Ноф3. Пестрая одежда, но с преобладанием зеленых цветов, придавала компании Романа оживленный вид. Присутствие в одеждах зеленого цвета, подчеркивало их партийную принадлежность. Непримиримые сословья бюрократов и военных, даже на свадебной церемонии неосознанно кучковались возле своих лидеров.
Палатин, один из дворцовых служащих, набираемых из евнухов, заглянул в зал:
– Прошу занять указанные места, господа, если вас это не затруднит. Церемония начинается.
Роман отправился на свое место в первом ряду и чуть не споткнулся. Его церемониальный халат был ничуть не легче доспехов и к тому же был менее удобным. Бархат вишневого цвета весь топорщился золотыми вышивками. Жемчуг с драгоценными камнями, в изобилии красовавшиеся на груди, воротнике и по рукавам делало одежды просто неподъемными. А широкий золотой пояс, усыпанный рубинами, сапфирами, аметистами, инкрустированный искусной эмалью, весил куда больше, чем солдатский пояс с мечом, ножнами и кинжалом. На голове его сияла стемма цезаря – обруч чистого золота, украшенный драгоценными камнями и эмалями.
Бронзовые двери палаты бесшумно отворились. Первым в открытые двери вышел палатин, задача которого состояла в том, чтобы указывать – кому и куда идти. Плотный, расшитый золотом бархат халата противно шуршал и поскрипывал, когда Роман медленно двинулся за евнухом.
Но едва только процессия вышла из здания. Роман порадовался тяжести своего одеяния. Их встретил холодный осенний ветер. Романа подвели к огненно-рыжему жеребцу, символизирующего своим окрасом алый цвет осеннего солнца. Солнце вождей и князей. Василий и остальные сопровождающие из свиты Романа сели верхом на коней вороной масти. Этот цвет символизировал их бесконечную преданность цезарю.
Когда верховые заняли свои места, конная колонна шагом выступила из дворцового комплекса по направлению к Собору Юстиниана Ринотмета4, иначе называемый Собором Святой Софии. От самого дворца вдоль дороги цепью стояла императорская гвардия, сдерживающая толпы плебса, которые вышли поглазеть на церемонию и поприветствовать Романа. За толпой, в тени улочек можно было заметить городских стражников равдухов, готовых в случае надобности пресечь уличные беспорядки.
Перед гвардейцами через небольшие интервалы стояли палатины с мешками наполненными фигами и орехами. При приближении колонны они начинали забрасывать содержимым из мешков горожан стоящих за цепью гвардейцев.
В это же время с другого конца города из ворот дворцового комплекса семейства Фока выдвинулась другая кавалькада. Впереди в парадной военной форме на вороном коне ехал сам магистр Никифор5, усыновленный матерью невесты. По старинному обряду, но освященному церковью. На правах брата, в отсутствии отца, он сопровождал невесту к месту венчания.
Рядом с ним на белой лошади, символизирующей серебристый цвет луны, ехала невеста. Просторные церемониальные одеяния скрывали округлившийся живот Анастасии. Ее платье, сшитое из мягкого белого шелка, пронизанное серебряными нитями и украшенное белоснежными кружевами у запястий, казалось, было соткано из лунного света. Серебряная стемма архонтессы на голове подчеркивала ее красивые каштановые волосы.
Дочери базилевса Константина6: Зоя, Феодора и Агафа не посчитали возможным для себя быть среди подруг невесты из провинции, поэтому «подруг» пришлось спешно собирать среди дочерей вельмож. Среди них Анастасия сразу же выделила Марию Склирину, дочь архонта Фотиноса, которому принадлежали обширные земельные владения на восточных окраинах Малой Азии. Девушки сразу же подружилась. И Мария встала во главе «подруг», которые ехали на серых лошадях сразу за невестой.
Замыкали колонну Никифора военные мужи – представители землевладельческой знати, архонты. У них в одежде преобладали синие и голубые тона, что подчеркивало принадлежность сопровождающих к партии военных. Под ними были гнедые кони.
Тут были и одетый более светски, чем его брат стратиг Лев Фока, и брат Марии Склирины – Варда Склир. Рядом со Склиром ехал Иоанн Куркуас, по прозвищу Цимисхий7, который надел поверх шелковых одеяний свою горящую на солнце кирасу. Никакого головного убора он не носил, открывая всем на обозрение копну длинных, пышных рыжих волос. Ван намывал их лимонной водой, пока они не встопорщились, как львиная грива.
