– Ничего, что я уделяю такое внимание вашей женщине? – спросил опомнившийся директор фабрики у Никиты.
– Я не его женщина, – отрезала Лена, и Никите осталось только развести руками.
Когда они вышли с фабрики, Лена наконец дала волю своим чувствам и громко рассмеялась. Никита шел с двумя отрезами черно-белой ткани в горох под мышкой. Остальную ткань он пообещал закупить оптом попозже. Насмеявшись вволю, Лена сказала уже серьезно:
– А ведь я видела список вещей убитой Ирины, и никакого отреза в горох там не было.
– Что ты хочешь этим сказать? – насторожился Никита.
– Или Людвиг лжет (хотя зачем бы ему?), или убийца взял его с собой.
– А ему-то он зачем? Ты еще скажи, что Ирину убили из-за него. Польстились на неземную, пеструю красоту. Вот мы и нашли мотив! Смех, да и только!
– Я не знаю пока. Но никакого отреза дикого окраса у нее в вещах не было, точно.
– Чем больше мы в это дело зарываемся, тем глубже приходится копать, – вздохнул Никита.
В отеле «Кондор» их ждали два пригласительных билета в цирк с запиской от Варвары: «Друзья! Приглашаю вас на заключительное представление моего (никак не могу привыкнуть!) цирка. После него мы уезжаем на гастроли дальше – в Болгарию и Турцию. Приглашаю вас, хотя вы у нас уже были, зная любовь Никиты к цирковому искусству».
– Развлечемся? – спросил Никита.
– Когда подозреваемый, я имею в виду Варвару, сам приглашает к себе, грешно не воспользоваться, – ответила Лена.
