- Может, после? – стал убирать из-под ее руки свою начатую работу художник.
- Хочу сейчас увидеть! – герцогиня шаловливо выхватила холст из рук дракона, отбежала в сторону и развернула, - Ах! – удивленно воскликнула она, - Но ведь я здесь …, - она смутилась.
На холсте был виден набросок будущего портрета. Только вот девушка на нем была изображена обнаженной. Мирабель перевела недоуменный взгляд на художника. Первая же мысль, которая возникла в ее голове: «Как она теперь объяснит, что не раздевалась перед Рионом?» . Герцогиня была не то, что удивлена, а просто поражена этим обстоятельством.
Но нужно было признать, что даже без красок, просто в почти символическом наброске было видно мастерство. Мирабель на холсте выглядела как живая. Очень хорошо угадывалось лицо, глаза, губы. И эта девушка на рисунке была очень красивой. Вторая мысль Мирабель была: «Я так красива?».
- Я так тебя увидел, - спокойно произнес Рион и забрал холст из рук замершей герцогине.
- Но как же? Как я объясню, что позировала тебе в одежде? – Мирабель с тревогой смотрела в глаза мужчины.
- Если потребуется, я сам все объясню. Но поверь, к моему способу изображения здесь давно привыкли, - тонкая улыбка скользнула по красивым губам дракона.
«О чем это он?» - подумалось герцогине. Может, о том, что герцог знает о его манере писать портреты, и не будет сердиться? И часто Рион так изображает своих моделей? Ревность кольнуло только что влюбившееся сердце. Ведь это ее дракон! Только ее. Как он может говорить о том, что когда-то кого-то тоже так писал? Или другие модели перед ним раздевались?
Тут неожиданно вспомнились рассказы Риты, про девиц, которых похитил художник, и унес в свою пещеру. Хотя она сама там была и никаких пленниц не видела, но ведь это не опровергает того факта, что красивые девушки пропали после знакомства с художника. В том, что Рион писал с них портреты, Мирабель не сомневалась. И ревность от этих мыслей расцвела буйным пламенем в душе.
Внешне герцогиня осталась спокойной, но блеск в глазах не предвещал ничего хорошего. Не только драконы собственники, но и драконницы. А здесь было очевидно, что собственность явно вспоминает свои прошлые похождения.
- Я к себе, переоденусь к ужину, - постаралась спокойно произнести герцогиня и вышла из столовой, направившись в свою спальню.
Рион согласно кивнул, провожая взглядом стройную фигурку, потом снова перевел взгляд на холст и продолжил любоваться своим наброском. От этого довольного мужского взгляда на ее изображение Мирабель вспыхнула.
Герцогиня прошествовала к себе в комнату, где ее ожидала верная помощница. Рита подскочила навстречу и цепким взглядом осмотрела взволнованную госпожу. Спросить про поцелуй очень хотелось. Тем более щеки герцогини пылали, глазки блестели, и вообще, вид был очень интригующий. Если не делать предположений, что лорд художник предложил искать сокровища, то скорей всего на прогулке между ними что-то произошло.
Пока Рита переодевала в вечернее платье свою госпожу, они перебрасывались ничего не значащими словами о погоде, об ужине, о слугах. Но горничную очень интересовал один вопрос и она все же не удержалась:
- Госпожа, так он вас поцеловал? – с жадным волнением задала вопрос Рита.
- Да, - одними губами выдохнула Мирабель.
- Вот он …. Дракон! – всплеснула руками верная помощница, - И что теперь?
- Теперь все будет хорошо. Сейчас ужин будет. А в парке Рион писал мой портрет, - затараторила герцогиня, стараясь от самой себя скрыть все терзавшие ее мысли и чувства.
- Портрет? Он все это время писал портрет? А когда он вас поцеловал? – любопытствовала верная наперсница.
- Потом уже, - уклончиво произнесла герцогиня.
- А говорил что? – женское любопытство было безмерным.
- Что любит, - тихо с улыбкой произнесла Мирабель.
- Вот это да! – поразилась Рита настолько, что слова и вопросы на какое-то время закончились.
Вечернее платье из плотного атласа было одето, прическа готова, а утренняя розовая роза приколота в высокую прическу. Несколько капель ароматных духов и Мирабель была готова к встрече с любимым.
В приподнятом настроении герцогиня отправилась в столовую, где ее должен был ожидать Рион. Зеркало подсказало девушке, что она прекрасно выглядит, а потому Мирабель решила, что сделает все, чтобы художник не вспоминал о своих прежних моделях.
Ковер заглушил шаги герцогини, плотный атлас не шелестел при ходьбе, как шел. А потому, когда девушка подошла к открытым дверям в столовую, услышала два мужских голоса. Один принадлежал Риону, и от звука его голоса пробежали мурашки по спине, второй был герцога Гирдона.
- Как герцогиня? – спросил Риш.
- Все нормально. Она меня любит, - почти холодно произнес Рион.
От его слов, от его тона, который практически разрезал ее сердце, как ножом, Мирабель замерла на месте, не решаясь войти в столовую. Она как-то не ожидала, что Рион будет с кем-то, пусть даже с молодым лордом, обсуждать эту тему, а уж тем более говорить о ее любви настолько холодно.