— Что-то, Рита, у вас опять случилось. Но это, похоже, не по моей части, хотя с основами психологии я, конечно, знаком и симптомы горя разглядеть способен. — «Вот удивил! Да у меня уже, наверное, на лбу, большими буквами, это ваше «горе» написано!» — Хотите, отведу вас к своему приятелю? Он отличный психотерапевт.
— Не хочу.
— А рассказать мне?
— Тоже нет.
— Напрасно. Скоро вы достигнете фазы истощения, а это уже серьёзно.
— Спасибо, доктор. Я обязательно о себе позабочусь. Потом. Сейчас меня беспокоит только Андрей.
— Ну что ж, как угодно, — вздохнул он. — Хотя, ещё вопрос, кто из вас двоих в настоящий момент больше нуждается в экстренной помощи. Состояние нашего больного вполне стабильно, ваши возможности и наши старания — великая вещь, — Георгий Ильич улыбнулся, — думаю, совсем скоро вы сможете с ним пообщаться.
— Большое спасибо, док, вы меня успокоили, — поблагодарила я, поднимаясь и протягивая ему руку.
— Не уверен, милая, не уверен, — ответил он, покачивая мою руку в своих ладонях. — Судя по всему, без помощи специалиста вам не обойтись. Вы подумайте над моими словами.
— Хорошо, я подумаю. А вы мне позвоните, пожалуйста, когда с Андреем можно будет поговорить.
— Непременно. Может, кофе?
— Спасибо, в другой раз, очень тороплюсь, — отказалась я, хотя торопиться мне было решительно некуда. Просто задерживаться в этих стенах даже лишних пять минут страшно не хотелось.
Но спустившись обратно на первый этаж и уже двигаясь к выходу, я увидела в вестибюле девчушку лет семи. Тоненькая фигурка маячила у окна, спиной ко мне. Возможно, я бы и пробежала мимо, но что-то привлекло моё внимание. Плечики опущены, прядки белокурых волос выбились из косички, чёрный игрушечный котик прижат к худенькому бочку почти прозрачной ручонкой… Во всём облике то, что называют безнадёгой.
Я подошла ближе. Девочка с тоской смотрела в не слишком чистое окно и никак не отреагировала на моё появление.
— Привет, — сказала я, сама не зная, зачем.
Она взглянула на меня и плотнее прижала своего котика. Глаза воспалённые, сухие, как бывает у людей, которые долго плакали, и вот уже не осталось слёз… Я не слишком сильна в общении с незнакомыми детьми, но у этого ребёнка явно что-то стряслось, и это обстоятельство по непонятным причинам не позволяло мне уйти.
— Меня Рита зовут, а тебя?
Никаких эмоций. Такое впечатление, что она меня и не слышит. Ну и как её разговорить? Я беспомощно оглянулась, не одна же она пришла в больницу… Вокруг было полно народу, но никто даже не смотрел в нашу сторону.
Я присела на корточки.
— Знаешь, а у меня тоже есть котик. Такой же чёрненький, как и твой. Мы могли бы их познакомить. Моего Магистр зовут, а твоего?
На ответ я не особенно рассчитывала, но она неожиданно ответила.
— Мурзик, — прошелестел тоненький голосок, — он очень веселый…
«Да уж… чем-чем, а весельем тут точно не пахнет…»
— Раньше был… — добавила девчушка. — А ваш котик где? — она повернулась и с минимальной заинтересованностью огляделась. — Я не вижу. Мы правда можем их познакомить? А то у Мурзика совсем нет друзей…
— Конечно, — уверенно сказала я. — Но для начала нам самим нужно познакомиться. Меня вот Рита зовут, а тебя?
— Настя, — тихо ответила девочка.
— Красивое имя. А мой котик ждёт меня в машине. Мы могли бы прямо сейчас к нему пойти, только я думаю, ты здесь по делу и кого-то, наверное, ждёшь?
— Тетю… она к маме пошла… и мне нельзя отсюда уходить.
— Ну это ничего, мы можем её вместе подождать.
— Да? — удивилась Настя. — И вы никуда не спешите?
— Совершенно никуда, — заверила я.
— Странно… — ещё больше удивилась она. — Взрослые всегда куда-нибудь спешат…
— Ну, это тебе такие попадались. К тому же, я, наверное, не по-настоящему взрослая, — улыбнулась я, а про себя подумала: «А действительно? Андрей-то, похоже, прав… иногда я веду себя так, как среди нормальных взрослых не очень принято. С котом, например, разговариваю, куда ж это годно…»
Настя посмотрела на меня с сомнением, и мне показалось, что из глубокой прострации мы всё-таки немного выбрались. Что же у неё случилось? Выяснять это у ребёнка не хотелось.
— А тётю твою как зовут? — спросила я.
— Тётя Таня…
— Хорошо. Слушай, если уж мы никак не можем отсюда отойти, давай займём себя чем-нибудь вкусным? Аскорбинки, например, купим, — я кивнула на аптечный киоск, — в детстве мы ею просто объедались.
— А что это? — не понял ребёнок.
— Ты не пробовала аскорбинку? — в свою очередь удивилась я. — Такие большие вкусненькие белые таблеточки?
— А… поняла, витаминки такие?
— Ну слава богу! А то я уж подумала, что ты инопланетянка, — улыбнулась я.
Но до аптеки мы добраться не успели. Как раз появилась тётя Таня, лицо у неё было мрачное.
— Настя! — не снижая скорости, бросила она. — Идём скорее, мы опаздываем.
Девочка, торопливо шепнув мне «До свидания!», поспешила за тётей, а я рванула следом.
— Таня, подождите! — ещё не понимая, зачем, окликнула я, выскочив на крыльцо.
Девушка остановилась. По лицу было видно, что она силится меня вспомнить.