Свадьба под прицелом полностью

Не обращая внимания на истерики и хамство мадам, он ловит рыбу, жарит её на костре и спокойно съедает. Хозяйка остаётся голодной.

В следующем кадре девушка уже послушно стирает, зарабатывая свой кусок рыбы…»

— Я что-то не пойму, — невежливо перебила я. Фильм этот я видела, но параллель не улавливала. — Вы на что-то намекаете?

— Ну что вы, уважаемая Маргарита Николаевна, — ответил Виктор, глядя мне прямо в глаза, — всего лишь пересказываю любопытный сюжет.

Сашка с Галкой перестали шептаться и тоже внимательно слушали Виктора, хотя рассказ явно предназначался исключительно для моих ушей.

«Постепенно жизнь на острове налаживается, парень приобщает красавицу к общественно-полезному труду, но по-прежнему обращается с ней грубо, будто не замечая, что она уже не демонстрирует свои барские замашки.

А в какой-то момент практически насилует её, и она в него влюбляется…»

— Ну разумеется, — язвительно вставила я. — Насилие ж — кратчайший путь к сердцу женщины!

Пропустив мой сарказм мимо ушей, Виктор продолжил:

«В классической комбинации «укрощение строптивой» проходит день за днём и, несмотря на то, что девушка полностью изменилась и страстно полюбила бывшего слугу, отношение парня остаётся прежним.

Всё это время пропавшую пару разыскивают. И в один прекрасный день находят. Героиня возвращается к привычной жизни, а парень увольняется.

Проходит время, и он понимает, что не может без неё жить. Приходит к ней и умоляет вернуться на остров. Клянётся, что никогда не скажет ей грубого слова и будет любить всю жизнь…»

Виктор Андреевич замолчал, плеснул в бокал водки и залпом выпил.

— И что, она согласилась? — насмешливо спросила я.

— Нет, она отказалась.

— Не могу поверить. Неужели предпочла остаться со своими миллиардами?! Крайне нетипичный поступок.

Виктор снова выпил и нервно закурил, а я ангельским голосом заметила:

— Виктор Андреевич, вы так близко к сердцу приняли этот незатейливый сюжет, будто корнями сами уходите в прислугу.

Он чертыхнулся, резко поднялся и куда-то пошёл.

Галка с Сашкой смотрели на меня вопросительно. Я пожала плечами — мол, сама ничего не понимаю.

На самом деле, всё мне, конечно, было понятно. Виктор измучился нашими непростыми отношениями и устал от утомительной борьбы с собой. Сердцу ведь действительно не прикажешь…

Оказалось, выходил он на улицу, вероятно, поостыть. И вернулся по причине внезапно начавшегося дождя слегка намокший, но зато спокойный, как океан после бури. Посетовал на дождливое лето, съел свой ужин и даже пригласил меня на танец, как только заиграл подходящий блюз.

Несколько сильнее, чем это допускали приличия, прижимая меня к себе, не преминул заметить, что число моих обожателей пошло на убыль.

— Любопытно наблюдать, как ваш воздыхатель перекинулся на другой объект. Наверное, не часто такое случается, — заявил он, должно быть, с целью меня уколоть.

— Ну… всякое бывает… — равнодушно пожала я плечами и безуспешно попыталась увеличить между нами расстояние, демонстрируя примерно следующее: «Да хоть все к чертям провалитесь!»

— По-моему, наше присутствие тут явно лишнее, — ещё крепче прижав меня к себе, произнёс Виктор. — Чувствуете ауру?

Ещё бы мне не чувствовать! Флюиды влюблённости, исходящие от Галки с Сашкой долетали даже сюда. Хотя… может, это были вовсе и не их флюиды…

— Очень не хочется мешать такой симпатичной паре, — продолжил Виктор, а затем буднично, будто мы уже лет триста в браке, спросил: — Может, домой поедем?

Что произошло дальше, я сообразила не сразу. Обзор у меня был минимальный, в основном я обозревала широкие плечи Азарова, его же волевой подбородок и снисходительную усмешку краем губ. Да и произошло всё слишком быстро.

На большой скорости в нас врезался неизвестно откуда взявшийся Денис. Он оттолкнул меня в сторону и замахнулся на Виктора. Тот сделал неуловимое движение, и Деня без видимых повреждений распластался у наших ног.

Музыка смолкла, танцующие расступились, образовав полукруг, от ближайших столиков начал подтягиваться народ. Сам же Денис умиротворённо возлежал на мраморном полу, не шевелясь…