— Ладно, хочешь делать вид, что ты — неприступная гордыня, да пожалуйста, сколько угодно, всё равно я тебя люблю, — с отеческой нежностью в голосе сказал он.
А у меня тут же возникли угрызения совести, вместе с желанием броситься ему на шею. Но капитулировать так быстро не хотелось. К тому же подобный трюк, однажды проделанный на оживлённой трассе, чуть не привёл к ДТП. Тогда за рулём был Димка, а мне вдруг захотелось его поцеловать…
Я вздохнула и уставилась в окно, стараясь отогнать мысли о последней любви, одолевавшие меня всё чаще и чаще.
Обозревая знакомые с детства места, с которыми так много было связано, я в очередной раз подивилась, насколько мне безразлично далёкое прошлое. Теперь оно не имело ровным счётом никакого значения и представлялось старым, но хорошо запомнившимся фильмом, в котором героиня с хронологической последовательностью провела большую часть своей жизни. Но как я ни старалась, отождествить себя с героиней тех давних событий так и не смогла. Ушло и ушло… будто и не было никогда…
— Прошу, принцесса, — Андрей протянул мне руку.
Я очнулась, поняла, что мы приехали, и снисходительно кивнула:
— Благодарю вас, дядюшка.
Он только хмыкнул.
У входа толпился народ, но мне удалось без труда вычленить Олега и стоящих рядом с ним Машуню с Галкой. Он тоже заметил меня сразу и как бы в восхищении закатил глаза, на что немедленно получил обратку в виде одного из моих отработанных ледяных взглядов. Девчонки о чём-то весело щебетали и всю эту пантомиму пропустили.
Маша с последней нашей встречи слегка округлилась, но это её ничуть не портило, даже наоборот, было на удивление к лицу. Про Галку и вовсе молчу — она всегда была само изящество. В общем, выглядели девчонки на все сто, лучше даже, чем в юности.
Мы расцеловались, и я краем глаза заметила вопросительный взгляд обделённого вниманием Олега, адресованный Андрею. Тот в ответ лишь пожал плечами и развёл руками, говоря жестами примерно следующее: «Ничего не смог поделать — вздорный характер».
— Рита! — Машунька распахнула небесно-голубые глазищи, глядя на меня с неподдельным восторгом. — Какая же ты красавица! Всё хорошеешь и хорошеешь! Как тебе это удаётся?! Вот правду говорят — нет предела совершенству! А фигура какая, обалдеть! Я сейчас от зависти лопну! Посмотри, после рождения Катюшки ещё пять килограммов набрала, и как от них избавиться, ума не приложу. Хоть бы поделилась секретами!
— А она всегда на пике любви, — снисходительно пояснила Галка. — Мы, Маш, несмотря на всю свою привлекательность, за всю жизнь столько пылких признаний не получили, сколько наша Афродита за неделю отхватывает. А это, Машунь, для женщины самое главное. Пойдём, сейчас сама увидишь, как мужики, аки спелые груши, к её ногам падать будут.
Первые две груши в виде крупных темноволосых новорусских братьев-компаньонов поджидали нас в холле. Одна груша даже присвистнула при нашем появлении и легонько толкнула локтем другую. Совершенно напрасный жест — вторая тоже пялилась на меня во все глаза.
Они уже имели «счастье» лицезреть меня на похоронах, но тогда всем точно было не до разглядывания красот, да и высмотреть что-то за плотной вуалью, появись вдруг у кого такое стрёмное желание, было невозможно.
Галка захохотала и выразительно посмотрела на Машу.
— Наши компаньоны — Кирилл и Денис. Моя племянница Маргарита, — представил нас Андрей, и ошарашенные «мальчики» по очереди неуклюже приложились к моей лапке.
Далее события развивались по плану. Андрей представил меня всем присутствующим как нового совладельца компании, чем вызвал к моей персоне повышенный интерес.
Такого внимания я не помню со времён выступления в театре-студии, где мне посчастливилось переиграть все главные роли. Джентльмены норовили оказаться в непосредственной близости и непременно выпить на брудершафт. Дамы тоже толклись неподалёку, пытаясь отыскать недостатки и с трудом скрывая неприязнь.
Я, следуя собственному сценарию, держалась прохладно, не забывая, однако, посылать мужчинам многообещающие взгляды и говорить милые глупости. Магистр тоже не подкачал — вальяжно валялся на спинках кресел, лакал Мартини, ел с моей руки чёрную икру и, казалось, мало интересовался происходящим. Но я-то видела — он зорко следит за окружающими из-под прикрытых век.
Брат Кирилл был при жене, очаровательной блондинке Виолетте, что, впрочем, не мешало ему пастись возле меня, не уступая брату Денису, который недавно развёлся и находился в активном поиске своего счастья, о чём он немедля поведал мне во время первого же танца, многозначительно заглядывая в глаза.
Видимо, гражданин решил, что поиск его успешно завершился, невзирая на то, что на все его откровенные намёки и предложения я только загадочно улыбалась и туманно ссылалась на будущее, которое что-то там должно показать.
Лексикон братьев был обогащён жаргонными словечками, которые периодически прорывались через вполне пристойную речь и наводили на мысль о криминальном прошлом товарищей. Да и весь их вид говорил о том, что передо мной не братья, а братки.
