– Мне кажется, столярным ремеслом я должен был заняться еще с тех пор, как закончил школу. Боюсь, мои родители еще очень долго не смогут с этим смириться. Многие поколения адвокатов и судей взирают на меня с неодобрением с того света!
– Но ведь надо же следовать зову сердца!
– Это ты так считаешь. И я так считаю.
Некоторое время они проехали в молчании. Наконец Лиззи сказала:
– Я правда очень рада, что мы куда-то вырвались! А долго еще нам добираться? – Внезапное ощущение свободы вызвало у Лиззи состояние счастливой эйфории. Наконец-то она оказалась вдали от матери и бесчисленных свадебных хлопот. И особенно от этого донимающего: «А когда ты собираешься ехать в Лондон покупать материю для платья?»
– Нет, совсем не долго. Близость к мастерской – главная причина того, что мы вообще здесь поселились.
Лиззи усмехнулась.
– Ах да, конечно же! Вот ведь досада – а я бы так хотела уехать навстречу сияющему закату! С тобой за рулем, разумеется.
Хьюго тоже усмехнулся, однако бросил на нее быстрый задумчивый взгляд.
Наконец Хьюго въехал на узкую дорогу, ведущую к симпатичному особняку с двойным симметричным фасадом. Невдалеке от дома стоял амбар. Хьюго припарковался возле него.
– Гарольд сказал, что встретит нас здесь. А вот и он сам.
У Лиззи до сих пор не было ни малейшего представления о том, как выглядит человек, передававший свое мастерство Хьюго, но если бы она попыталась его вообразить, это был бы румяный бодрый старик в коричневом рабочем комбинезоне. Может, она бы не добавила этому образу завязок на коленях, но матерчатая кепочка определенно бы там была. И уж кого Лиззи никак не ожидала увидеть, так это мужчину в костюме-тройке, в начищенных до блеска туфлях и с элегантным шелковым галстуком. У него были густые седые волосы и ярко-голубые глаза. На лице светилась улыбка.
– Здравствуйте, Гарольд, – сказал Хьюго. – Позвольте вам представить Лиззи.
– Приветствую вас, Лиззи, – пожал тот протянутую ему руку. – А скажите мне, пожалуйста, ваши родители не настаивают на том, чтобы вас называли Элизабет?
Судя по его голосу и манере говорить, происходил Гарольд из того же сословия, что и Хьюго.
– Именно так! А как вы догадались? – С этим человеком Лиззи сразу почувствовала себя очень уютно.
Он выпустил ее руку из ладони.
– В вас что-то такое есть. А теперь давайте пройдем внутрь. Покажу вам, чем мы с Хьюго занимались целый день.
Лиззи с радостным нетерпением зашла следом за ним в амбар.
– Чем могу вас угостить? Для шерри уже как будто слишком поздно. А для виски – еще довольно рано. Что бы вы предпочли?
– На самом деле я была бы рада чашке чая, – ответила Лиззи, подспудно сознавая, что мать уж точно не одобрила бы ее выбор. Та считала, что в приличном обществе чай пьют только за завтраком и полдником, хотя сама нередко выпивала чашечку и после вечернего перекуса.
– Хьюго, тебя не затруднит приготовить нам чай? И достать из жестяной банки печенье?
– То, которое только для посетителей? – усмехнулся Хьюго.
– Ну разумеется! У нас же гостья – а значит, есть удачный предлог. Пойдемте, Лиззи, я покажу, чем мы тут занимались.
Амбар был плотно заставлен разными предметами. Там стоял массивный стол в виде тополиного листа, инкрустированный чем-то, что Лиззи затруднялась с ходу определить, – то ли позолотой, то ли светло-желтой древесиной.
– За ним должны скоро приехать. Будущий хозяин этого стола – а мы работаем исключительно на заказ – живет за границей и собирается забрать его, как только будет достроен его дом на юге Франции. А вот над этой вещицей… – Он подвел Лиззи к письменному столу, не прикрытому пока столешницей, и когда она заглянула внутрь, то увидела множество выдвижных ящичков. – Мы с Хьюго как раз и работали в последние дни.
Между тем Лиззи перешла к другому столу.
– А мне вот этот очень нравится.
– Тут сразу чувствуется влияние «Искусства и ремесел»[60].
– Просто – и в то же время очень изящно.
Она прогулялась по мастерской, которая определенно являлась чем-то вроде выставочного зала, сосредоточенно разглядывая каждый предмет мебели. Гарольд следовал за ней по пятам, время от времени давая какие-то пояснения.
– Итак, дорогая моя, скажите мне, пожалуйста, почему вы хотите выйти замуж за Хьюго – кроме того обстоятельства, что вы ожидаете от него ребенка?
В иной ситуации Лиззи бы постеснялась обсуждать этот вопрос с практически незнакомым человеком – тем более с мужчиной, – однако от этого доброго пожилого мастера исходило нечто такое, что делало смущение излишним.
– На самом деле все очень просто. Я люблю его, – улыбнулась Лиззи. – Наверное, это звучит сентиментально, но это правда.
– И вы не возражаете насчет того, что при его новой профессии – если можно так это назвать, хотя это скорее вид искусства, – весьма маловероятно, что он станет богатым человеком?
