Жека подал сигнал аплодировать, и из-за кулисы явился рыхлый, нездорово бледный, с парой волосинок на лысине экземпляр. На Василису едва взглянул. А вот ведущей преданно улыбнулся.
– Садитесь, пожалуйста, Иван Викторович. – Девушка указала на соседний диванчик. – И расскажите нам, за что именно вы выгнали Василису.
– Да деньги она воровала. Бумажник вообще не оставь, – доверительно произнес рыхлый. – Причем внаглую тащила. Не пятисотку там, не тысчонку – десятку могла стырить, а потом глазами хлопала: ты, мол, сам потерял.
– Да что ты гонишь! – взвилась героиня шоу.
Но к ней немедленно кинулись двое охранников. Сели по обе стороны. Один что-то шепнул – девушка умолкла.
– Расскажите, пожалуйста, про пятерых ваших коллег. Вы правда заставляли свою секретаршу вступить с ними в интимные отношения?
– Да не заставлял я, – хмыкнул Иван Викторович. – Она сама просилась.
– Ты че несешь, козел?! – снова взорвалась Василиса.
– Да ты за деньги на что угодно готова, – с презрением парировал бизнесмен.
– А сам? Что ли, бесплатно сюда пришел? Сколько тебе заплатили, чтобы меня помоями облил?
– Верный способ себя обелить – начать обвинять другого, – усмехнулась телевизионная красавица. – Однако в нашем распоряжении есть видеозапись. Давайте вместе ее посмотрим.
Свет мигом погас, на заднике сцены обнаружился большой белый экран. Качество съемки неважное – как всегда бывает с камер видеонаблюдения, но покорительница столицы Василиса – она сидела на коленях у Ивана – узнавалась прекрасно.
Надя снова покосилась на Николая. Тот сейчас выглядел будто ребенок, у кого только что отняли долгожданный новогодний подарок.
– Не во всем ты ему покаялась, – злорадно заметила Митрофанова.
Перевела взгляд на Диму, но в его лице увидела не злость, а сочувствие.
А эротично шелестящий голосок Василисы на экране вопросил:
– Ванюша! Подумай сам: зачем тебе девочек звать? Я и сама твоих друзей развлеку. Хоть язычком, хоть любым другим способом. Ты мне только дай по десятке за каждого – и все довольные уйдут, сам увидишь. Что для тебя полтинник? А я мамке пошлю, ей совсем худо.
Иван с экрана грубо хохотнул:
– Дорого просишь, цыпа. Зачем мне пятьдесят косарей распылять? Сейчас кризис. Цены упали. Я девок – самых разных – по трешке сниму. Оно и мужикам интересней, когда ассортимент.
– Ванечка, – молитвенно сложила на груди руки, – да что они могут, эти твои колхозницы! А я, сам знаешь, кого хочешь на седьмое небо унесу!
– Ладно, Василиска. Уговорила. Полташку не дам, но тридцать отслюню. Но только старайся – чтобы все счастливыми ушли!
Экран погас.
– Монтаж! – хрипло выкрикнула Василиса.
Ведущая реплику проигнорировала. Обратилась к бизнесмену:
– Зачем вы сделали эту запись?
– Да я в своем кабинете всех пишу, – пожал плечами тот. – Мало ли, зачем пригодится.
– Спасибо, Иван, – улыбнулась ведущая.
Повернулась к Василисе:
– Вы многое рассказали своему жениху. Но сейчас он узнал о вас кое-что новенькое, не так ли?
Надя снова обернулась на Николая. Тот смотрел на Василису не с ненавистью – с искренней, мальчишеской обидой. Глаза влажные, по щеке катится слезинка.
Однако рейтинг пары – самое удивительное! – продолжал расти.
А Василиса вырвалась из лап охранников, бросилась на колени, эффектно проехалась на них точно до края сцены, воздела руки вверх, словно героиня оперы, завыла:
– Прости меня, Коля!!! Прости! У меня выхода другого не было!
Ведущая немедленно кинулась к ней:
– Вы голодали? Вам негде было жить?
– Я ей хату снимал. И пятьдесят штук в месяц давал. На булавки, – всунулся Василисин покровитель.
– У меня просто мама больная… Неизлечимо! Ей надо было денег постоянно посылать! А как мне еще зарабатывать?!
– Чем она больна? – сочувственно поинтересовалась ведущая.
– Рак у ней. В последней стадии.
– Но при этом ваша матушка работает оператором машинного доения. На полторы ставки, – проявила осведомленность психоаналитик. – А руководить производственной линией на ферме – дело для очень физически крепких.
– Чего делать остается, если лекарства не на что покупать?! – хрипло выкрикнула Василиса. – Промедол вколет, зубы сожмет – и вперед!
– У нас прямое включение из Пачулок, – объявила ведущая. – Перед вами Алина Дмитриевна, лечащий врач Василисиной мамы.
Свет в зале снова погас. Несчастная невеста бросилась на диван лицом вниз.
А принаряженная, с аккуратно подведенными глазками докторица, явно волнуясь, объявила:
– Коробченко Галину Антоновну я осматривала два дня назад. Никаких отклонений в состоянии ее здоровья не обнаружила. Кровяное давление в норме, флюорография, кровь на онкомаркеры – все в идеальном порядке. Никаких даже малейших подозрений на канцер у меня нет.
К Николаю подскочила ассистентка:
– Василиса вам тоже рассказывала, что у ее мамы рак?
Мужчина убитым голосом отозвался:
– Да.
– Вы по-прежнему готовы на ней жениться? – перехватила инициативу ведущая.
– Коленька! Пожалуйста! Я у тебя всю жизнь в ногах валяться буду! – взвыла Василиса, вскочив с дивана.
На лице жениха читались мучительные сомнения.
