Что мне светит дальше? Даже страшно подумать. Из общения с Семеном я поняла одно, он даже не думалт о разводе. Или это только пока? А потом может быть и изменит свое мнение? Не знаю, но моя мама всегда говорила, что нет ничего более постоянного, чем временное. Вот она правда жизни. Хоть гадай, хоть не гадай. Все равно ничего не изменишь, пока он сам что-либо не решит. А уж подталкивать мужчину я точно не буду.
Острая спица разочарования в себе кольнула в самое сердце, а действительность обрушилась бетонной плитой на голову. Я сидела за столом в кухне словно пришибленная и осознание случившегося жгло душу изнутри. Как же гадко и муторно на душе. Я чувствовала себя раздавленной и опустошенной. Морально убитой. А ведь еще недавно готова была петь от радости и счастья и вдруг такой поворот. И ведь мне никто не виноват. Только я сама решу свою судьбу так или иначе.
Наверное, если бы рядом находился Семен, то подобных мыслей не было в моей голове, а так… Они лезли как тараканы…И каждая последующая мысль чернее предыдущей.
Вдруг зазвонил телефон. Я не глядя нажала на кнопку приема вызова. Мне все равно кто звонит, лишь бы не быть одной, лишь кто-нибудь разделил мое существование. Как страшно, когда чувствуешь себя отрезанным ломтем. Маме позвонить и поделиться не могла, подружкам такое не рассказывают, а больше и не кому.
— Алле, — хриплым голосом произнесла в трубку. Я и не заметила, что начала плакать. Слезы лились по щекам и капали на испорченную юбку. Хотя какая разница? Одной каплей больше, одной меньше, все равно ее надо стирать.
— Что случилось? Кто тебя обидел? — раздался взволнованный голос Семена.
Я не ожидала его так скоро услышать. Думала, что простились до завтра. И только в офисе вновь встретимся. Волна радости накрыла меня с головой. Я так была рада слышать его голос. Вот только слезы душили, не давая говорить.
— Никто. Меня. Не. Обидел, — раздельно по словам произнесла я, стараясь не всхлипывать. Почему-то стали прорываться рыдания. Хотя я изо всех сил старалась сдерживаться.
— Не обманывай меня. Ты плачешь, — Семена оказалось очень сложно обмануть. Похоже, он видел меня насквозь.
— Нет. Тебе показалось, — постаралась переубедить в обратном. Не хотелось делиться с мужчиной своим отвратительным настроением.
— Это он тебя расстроил? — начал заводиться мужчина. Я слышала по голосу он закипал, как чайник на плите.
— Кто? — я не поняла о ком ведется речь. Вроде бы Антон был корректен в меру, обижать не обижал, да и Семен присутствовал чуть ли не при всем разговоре.
— Как кто? Твой мальчишка. Он звонил? Да? Или был у тебя в гостях? Отвечай. Не молчи, — Семен был зол. Очень зол.
А я никак не могла сообразить чем вызвано его недовольство. Вроде расстались мы очень мирно.
— Я не понимаю о чем речь, — растерялась, путаясь в догадках. Мои мысли метались как дикие голуби впервые оказавшиеся в клетке. Я не находила ответа.
— Все ты прекрасно понимаешь. Я за порог, а ты? — с обвинением произнес мужчина.
— Что я? — даже опешила от неожиданности.
— Своего любовника приняла.
Я была словно громом поражена, услышав подобное. И у меня непроизвольно вырвалось:
— Ты сдурел? — у меня не нашлось других слов. Я даже не заметила, что назвала Семена на ты, но это было не важно. Безосновательное обвинение выбило всякое желание плакать и жаловаться на судьбу, возникла необходимость бороться. За себя. За свою честь. За то, что от нее осталось.
— Что-о-о-о? — раздалось в трубке телефона.
— Что слышал, — теперь уже внутри меня подняла свою голову ярость. Такое со мной бывало редко, но метко. Иногда случалось, когда меня загоняли в угол, то я превращалась в фурию, которой было наплевать кто стоит перед ней и что будет за поведение. — Если у тебя крышу рвет от ревности, то прибей ее гвоздями, но не смей никогда меня обвинять в предательстве и измене. Может быть для тебя честь пустой звук, но для меня нет.
Кажется, сейчас у меня сносило крышу, но я о том совершенно не думала, как не думала какую реакцию вызывают мои слова.
На том конце провода повисла оглушающая тишина.
— Я скоро буду.
И послышались короткие гудки.
Я подхватилась со стула и заметалась по кухне раненным зверем, совершенно не зная что ожидать от мужчины. Ведь только что я нарушила главное правило в отношениях между любовниками. Я посмела высказать свое мнение и заявила о своих претензиях. Но иначе я не могла. Как бы нам не было хорошо вместе в горизонтальной плоскости, но вытирать о себя ноги я не позволю никому. Одно дело вынуждать меня делать то, что я хочу, а другое с чем я не могу смириться. Никогда.
И пусть я на какое-то время прикрыла глаза на брачные узы, связывающие мужчину, но не замечать откровенного обвинения в предательстве я не могла. Для меня это было святое понятие.
Я металась по квартире, не зная что делать и как быть. Эмоции переполняли меня и били через край. И куда их выплеснуть я не знала. А тем более на кого слить весь негатив.
