Не удалось с одной политически верной свадьбой - почему бы не попробовать с другой? Конунг Рохана полон твердой решимости женить своего племянника, вот только и у самого Эйомера, и у его двоюродного брата еще с момента сватовства к Эйовин есть свое мнение. Так что же сделает Тэйодред, чтобы кузену разрешили жениться по любви? И чем на эту хитрость ответит его отец, не менее ловкий политик?
========== Глава 1 ==========
Тэйодред спешился у самого въезда в Эдорас, хотя обычно отдавал коня уже у ворот Медусельда. Сейчас ему хотелось пройти по городу, посмотреть, как чеканно и слаженно восстанавливают старое и строят новое, как поднимаются дома, как шумят дети, быстро забывающие горе и войну, как иногда снова улыбаются рохиррим, ещё не привыкшие к миру. И гостей много: вот там что-то «загибает» на нерадивых работников гном, выгружают саженцы двое эльфов. Сердце чуть болезненно сжалось: забыть ту эллет не получалось ни в бою, ни на пирах. Но сегодня было не до воспоминаний, отец редко отрывал его от дел, на границе Марки каждый меч был на счету, а он так и вовсе бесценен, особенно когда Эйомера, братишку, друга и самого надёжного из командиров Рохана, оставили в Гондоре. Обучиться дипломатии ему было нужно, тем более, что кому как не брату наследовать теперь трон. Но без него было тяжело.
Услышав топот, Тэйодред оглянулся, и на лице засияла радостная улыбка, тут же сменившаяся тревогой: Эйомер здесь? Вызвали двоих? Всё ли с отцом в порядке?
— Тэйодред! — хлопнув по плечу, Третий Сенешаль на мгновенье сдавил его плечи в недюжем объятии, а затем, отступив на шаг, окинул оценивающим взглядом. — Ты всё хорошеешь! Эльфийское лечение на пользу пошло? Гляди-ка румяный да холёный как наливное яблоко. Никто по ночам спать не мешает приглашениями там всякими? Ума не мог приложить, зачем меня так спешно вызвали, теперь вижу — тебя охранять.
— На Рубеже воздух свежий, — отшутился витязь, вглядываясь в лицо братишки. — Зато тебя пора из Гондора забирать. Совсем измучили, вон и тени под глазами. Кто спать не даёт? Союзники или союзницы?
— Какие там союзницы? Ты бы попробовал уследить за речами Боромира когда тот послов принимает, да записать что важно. Мы с Арагорном скоро спать перестанем. Как мальчишки — то пишем, то летописи читаем, то опись имущества проводить заставляет чтобы не расслаблялись.
— Заняться ему больше нечем, что ли… Жена, сын, что ещё надо, — вздохнул Тэйодред. Мысли о том, почему могли вызвать двоих сразу, не давали покоя, хотелось едва ли не бежать во дворец. А если отец болен? — Ничего. Поговорю с отцом, может, разрешит тебя заменить. С орками всяко легче, чем с бумажками. Мечом по проблеме — и проблема уже списана.
— Хорошо бы, а то первый советник уже замаял предлагать жениться на каждой вельможной дочери, — сняв с головы шлем, Эйомер с удовольствием размял пальцами затёкшую шею. — То ли рождаемость поднимать вознамерился не только собственными усилиями, то ли папаши невест барыш за выгодных женихов сулят, да только все эти разговоры поперёк горла уже стоят.
— И не одна не глянулась? — улыбнувшись, Тэйодред растрепал брату волосы. — Какую ищешь?
— Родную, — прикрыв на мгновение глаза, сын Эйомунда в который уж раз вспомнил золотистые косы, простой наряд и радостный заливистый смех той, что была дороже любой высокородной девицы. Той женитьба на которой была невозможна. — А ты?
— Не будем, Эйомер, — Тэйодред вздрогнул, отводя взгляд. — Уже говорил отцу и тебе повторюсь — стар я для женщин. Да и ты, как наследник, меня устраиваешь. Лучшего конунга Рохану и не надо.
— У тебя жар что ли? — возмутился Эйомер, прикладывая ладонь к его высокому лбу. — Стар? Да за тобой бабы в очередь как на ярмарке за гномьим золотом выстраиваются. Выбирай любую — ни одна не откажет, а на меня не рассчитывай, не хочу я ничего наследовать. Мне бы в Альдбруге хоть пару лет спокойно пожить.
— Давай пока не будем о бабах, очередях и твоём отказе. Вот случись что на границе — придётся, а там у нас пока неспокойно. А что касается пары лет в Альдбруге… Так найди себе родную — и никто тебя от жены точно пару лет не оторвёт. Год на зачать-выносить, год на выкормить, а муж всё это время рядом нужен. Мало ли девушек, что ты сам всё не выберешь?
— Из каких семей мне выбирать положено ты не хуже моего знаешь. Нет у меня воли в выборе. И родной там нет, — стараясь скрыть подступившую горечь, Сенешаль отвернулся к мраморной террасе Медусельда. — Так что могу и я на рубеже службу нести, а ты пока озаботься рождением наследника, чтобы не искать его во мне.
Тэйодред внимательно посмотрел на брата, но ничего не сказал. Положено ему, как же. Что же ты сник, Третий Всадник? Ничего, про себя решил витязь, сейчас узнаем, зачем отцу нужны, а там объясню я тебе, что на все традиции «положено».
— Пойдём. Ещё время на разговоры будет.
— Ты, верно, тоже не знаешь, по какому случаю нас так спешно вызвали? Я уж было подумал: стряслось чего, но от гонца ничего не допытаешься.
— Нет, — Тэйодред открыл дверь в тронный зал и с облегчением вздохнул: отец, живой, и насколько можно судить, здоровый, сидел за столом, заваленным бумагами, из-за которого вскочил, чтобы обнять вошедших, крепко и коротко:
— Явились. Я думал, не раньше, чем послезавтра ждать. Садитесь. Приказать подать чего-то?
