Вам доводилось бывать на свадьбе феи и домового? Мне — да! Даже больше скажу — я ее организовывала. Поэтому когда торжество решили устроить морская нереида и земной колдун, я почти не удивилась.И все бы ничего, вот только невеста уж больно не похожа на счастливицу, рвущуюся замуж… Я чувствую, что должна помочь ей, ведь и сама когда-то сбежала из дома от строгого отца и навязанного жениха.В общем, снова судьба подбросила мне приключений по драконьи щиколотки! Как бы теперь не увязнуть в них по самую шею? А тут еще и ухажер из прошлого дает о себе знать…
1. Пролог
Разрезав комнату по диагонали нервным тяжелым шагом ведьмак замер, когда в дверь постучали. Это была служанка Рада, старая домовиха. Она в нерешимости застыла на пороге, вцепившись в массивную латунную ручку, и, не отрывая взгляда, робко смотрела на своего господина. Таким мрачным и злым служанка не видела его давно.
— Ее нигде нет, Константин Тихомирович, — робко выдавила она из себя и тут же была охвачена леденящим душу, сковывающим и не дающим дышать взглядом ведьмака.
— Как это нет?! Пусть Арина отследит ее! Охотница она или кто?!
— Госпожа Арина Тихомировна пытается, но все безуспешно… — запинаясь, продолжила Рада, дрожа от страха. Уж меньше всего на этом свете ей хотелось разозлить своего хозяина. — Елизавета Мстиславовна установила поисковые сканеры на использование сил стихии, но ваша дочь, по всей видимости, отказалась… от… от фамильной магии.
— Пошла про-о-чь! — рявкнул господин. Да так, что вихрь холодного воздуха закрутился в комнате, охватив прислужницу, принесшую дурные вести, и вытолкал ее прочь. Та только и успела ахнуть, оказавшись за порогом. Вихрь захлопул за ней тяжелую литую дверь, издавшую глухой стон от мощного сквозняка, распахнул окно и со свистом вырвался прочь из здания.
Разгневанный Константин продолжал измерять комнату резкими шагами и бормотать что-то вслух, затем подошел к распахнутому окну с трепыхающимися занавесками и, всматриваясь вдаль, процедил сквозь зубы:
— Что же ты наделала, глупая? Ты ведь понятия не имеешь, кто желает тебе зла, а кто хочет спасти… И почему я не сказал ей правду!? Почему не осмелился…
С этими словами он сильно сжал кулаки и сцепил от досады челюсти так сильно, что скулы острыми лезвиями очертили худощавое вытянутое лицо, сделав его еще жестче и грубее.
Он молча наблюдал, как за окном свистела буря. Стройные ряды кипарисов гнулись так, что почти полностью льнули к земле. Воздух стал мутным и серым, наполнившись столпами пыли и мелкого мусора, вздымаемого потоками холодного порывистого ветра, а с запада все небо поглощали тяжелые серые тучи, несшиеся с такой скоростью, что рисунок на небе, казалось, менялся каждую секунду. Небо клубилось и клокотало, готовясь вот-вот низвергнуть нескончаемый поток холодной воды на целый мир.
2. Добро пожаловать!
Город, умытый теплым майским дождем, пробуждался под пение птиц и гул моторов, неспешно вдыхая ароматы акаций и сирени. Я пришла в салон пораньше, чтобы успеть оформить новую витрину к открытию магазина. Свадебный сезон уже начался, и мне хотелось, чтобы «Свадебный ветер» выглядел особенно нарядно и торжественно. За пять лет, что я здесь, дизайн витрины никогда не повторялся, чем я очень гордилась.
Пока я расправляла подол пышного свадебного платья на манекене, даже не заметила, как из-за плотной шторки, отделяющей витрину от зала, выглянуло круглое строгое личико моей помощницы Поли.
— Агата Константиновна, ну что же вы меня не дождались? Я все здесь мигом украшу! Не стоило самой, — всплеснула она руками и, бросив жакет на мягкий пуф, тут же принялась за работу. Сколько ни просила ее обращаться ко мне «на ты», она все равно соблюдала этот дурацкий архаичный тон обращения к ведьме, как к высшему магическому существу.
— Привет, Поля! Не волнуйся, без дела не останешься. Я думаю, стоит обвить манекен по бокам лиловыми плетущимися фуксиями, как думаешь?
— Будет очень красиво, Агата Константиновна! — ответила она мне, слегка улыбнувшись краешками губ.
Поля была невысокого роста, едва доставала макушкой мне до подбородка, поэтому ей пришлось встать на носочки, чтобы опустить жалюзи на витринном стекле. Она бодро дернула за ручку, и ролеты послушно поползли вниз, скрывая в полумраке поблескивавшее в солнечном свете витринное платье.
— А зал украсим нежно-фиолетовыми фрезиями в горшочках, — добавила она, подумав немного.
Я согласно кивнула.
Поля, сосредоточившись ненадолго, аккуратно повела руками в разные стороны, словно рисовала невидимые линии. Я видела, как из ее ладоней исходят зеленоватые лучи энергии, направленные в вазоны и кадки на полу. Из земли моментально стали пробиваться ростки, они тянулись к ее рукам, как змеи, танцующие под флейту заклинателя. Ростки удлинялись и вытягивались, сплетаясь между собой стеблями, обрастая молоденькими блестящими листочками, а затем и бутонами, которые, как стрелы, пронизывали растения. Поля напевала себе под нос что-то еле слышно, от чего фрезии разрастались еще сильнее, льнули к своей создательнице, цепляясь за ее запястья. Бутоны набухали и лопались, раскрываясь нежно-фиолетовыми цветами. Я лишь молча любовалась красотой, которая рождается у меня на глазах, не уставая удивляться силе природы.
— Ну вот! Готово! — довольно сказала она, осматривая свою работу лучистыми чайными глазами, а затем снова подняла жалюзи. Головки цветов моментально развернулись к свету, прильнув к стеклу. Старая мавка и правда знала толк в украшении. Благодаря ее магии наш салон всегда был наполнен ароматом цветущих садов, живые растения буяли красотой и не увядали неделями.
