Одхан сделал шажок вперед, попадая в поле зрения. Да, он все еще избегал смотреть мне в лицо, но заговорить – смелости набрался:
– Первый раз случился в купальнях три месяца назад, еще один – спустя месяц. Про два последующих вы уже в курсе, леди Ималия.
Я задумчиво кивнула:
– Прослеживается логика, вы не находите?
Я обвела глазами трех главных лиц государства, которые смотрели на меня со смесью интереса и нетерпения. Лоркан вопросительно приподнял брови, да и остальные гости навострили уши. Гам в зале постепенно стихал, оборачиваясь всеобщим вниманием. Поежившись от ощущения, что несколько десятков глаз настойчиво буравят меня в ожидании продолжения, я откашлялась:
– Прослеживается определенная логика. Князь, в купальнях вы находились один?
Лоркан усмехнулся:
– Предпочитаю принимать ванны в одиночестве, если не выдается более приятная компания.
Несколько смешков пронеслись над толпой, словно шепот ветра, и тут же стихли под тяжелым взглядом Одхана.
– По галерее вы прогуливались в одиночестве. Только в последний раз очень не кстати рядом проходила горничная. И стала невольной жертвой покушения на вашу жизнь. Кто бы не желал вам вреда, он выбирает очень подходящие моменты, вы не находите? Словно боится зацепить кого-то еще. Наемник, который боится лишних жертв? Очень странно.
Пока я говорила, Лоркан не менялся в лице, но стоило мне замолкнуть, как он скривился, будто бы я с размаху наступила на больную мозоль.
– Вы совершенно правы, леди Ималия. Возможно, я бы мог добавить деталей к картине произошедших событий, но есть одно “но”. Я не помню ничего. С момента, как я вошел в купальни, на галерею или завернул в тот коридор.
Одхан зашевелился, опуская ладонь на плечо князя, как будто пытался ободрить друга:
– Память князя Лоркана вычищена, очень аккуратно удален фрагмент, который отвечает за все четыре покушения. Будь он на месте, я бы мог произвести ряд манипуляций, чтобы выудить ту информацию, которую князь мог запомнить. Но, к сожалению, это невозможно.
Я молчала, не зная, что сказать. Любые слова выглядели как жалкая попытка пожалеть князя, но Лоркан в моей жалости не нуждался. Это читалось в его тонком профиле, потемневших, как грозовое облако, глазах и окаменевших плечах.
– Это магия! – старичок вновь оживился, перетягивая на себя внимание. – Точно Кулунтар! Нужно объявить им войну! И Лигоду! Всем объявить войну!
Его голос дрожал от негодования и нетерпения, он подпрыгивал на месте, размахивая руками.
Снорре украдкой повертел пальцем у виска, полностью выражая свое отношение к придворному. Лениво улыбаясь, Одхан выдвинулся вперед, проходя вдоль собравшихся упругой походкой танцора. Его гибкая фигура притягивала взгляды, и, убедившись, что все внимание сосредоточено на нем, волшебник запрокинул голову и торжественно возвестил:
– Спешу сообщить, что объявление войны всему Содружеству вряд ли поможет, тем более, что вчера вечером случилось кое-что, разом меняющее сложившуюся ситуацию.
Он наслаждался реакцией, которая отразилась на лицах гостей. Он внимали ему, затаив дыхание, а я подумала, что не слишком-то он и спешил. Собрание длилось битый час, а Одхан все время таинственно улыбался и прятал секрет за пазухой.
Возможно, он всего лишь пытался актерствовать, как обычно, но глядя на то, как светятся от удовольствия зеленые глаза волшебника, мое сердце пропустило удар.
Одхан буквально светился – размазанное сияние то появлялось в пространстве, обводя его силуэт серебристой нитью, то затухало. Казалось, даже его сила предвкушает объявление новостей, которые Одхан приберег на десерт.
Терпение Лоркана было на исходе – он поднял руку, и Одхан, наконец, заговорил.
– Кулунтар прислал портрет потенциальной невесты для князя Лоркана по моему запросу. О чем это может еще говорить, кроме как о желании возобновить дипломатические отношения с Аралионом?
Собравшиеся зашушукались, переваривая новость: для закрытого княжества прислать портрет невесты – все равно что распахнуть ворота столицы, приглашая к себе гостей. Но на этом Одхан не успокоился. Насладившись произведенным эффектом, он продолжил:
– И это не единственная хорошая новость! Да, князь будет недоволен моим самоуправством, – он отвесил легкий поклон в сторону Лоркана, который сохранял молчание, – но все княжества прислали портреты, включая племена халгов. Гонцы прибыли вчера вечером, почти одновременно. К сожалению, гонец Цуриона не пережил эту ночь…
Одхан горько вздохнул, прижимая ладонь к груди, стремясь изобразить глубочайшее сожаление.
– Даже Цурион? – вырвалось у меня помимо воли, и голос прозвучал слишком громко, привлекая чужие осуждающие взгляды. Смущенно склонив голову, я пробормотала извинения, отходя на задний план. Лучшим выбором было скрыться с глаз долой за спиной капитана Снорре. К сожалению, от Одхана ускользнуть так просто было невозможно. Подозрительно прищурившись, маг помахивал в воздухе косой, перекинутой на грудь.
