- Не более фантастично, - отозвался Спенсер, - чем многие наши прежние находки. Допустим, это яйцо - устройство для аккумуляции знаний...
- Да тут просто нет информации, которую можно аккумулировать! взорвался Дайер. - Несколько тысяч лет назад обнаружились знания, которые можно было позаимствовать на том ржавом корабле. Некоторое время назад появились еще знания, прибывшие с кораблем, который устроил свалку. Теперь очередь дошла до нас. А следующий корабль, набитый знаниями, может прибыть сюда через несколько тысячелетий. Слишком долго ждать, и слишком велик риск вообще ничего не дождаться. Нам известно, что здесь садились три корабля, но с тем же успехом можно предположить, что следующего корабля не будет вообще никогда. Получается полная бессмыслица.
- Кто сказал, что знания, прежде чем их позаимствуют, должны непременно прибыть сюда сами? Ведь и на Земле мы кое-что забываем, неправда ли?
- Боже правый! - вырвалось у Клайна, но Спенсера было уже не остановить.
- Если бы вы принадлежали к расе, устанавливающей ловушки для знаний, и если бы располагали достаточным временем, где бы вы такие устройства поставили? На планетах, кишмя кишащих разумными существами, где ваши ловушки вполне могут обнаружить, разрушить и выведать их секреты? Или на других - необитаемых, второразрядных, труднодоступных, которыми никто не заинтересуется еще миллион лет?
Уоррен откликнулся:
- Я бы выбрал как раз такую планету, как эта.
- Представим себе такую картину, - продолжал Спенсер. - Где-то существует раса, склонная воровать информацию по всей Галактике. И для размещения своих ловушек она ищет именно маленькие, захудалые, ни на что не годные планетки. Тогда, если умело разбросать ловушки в пространстве, можно прочесать весь космос почти без риска, что их вообще когда-нибудь обнаружат.
- Вы полагаете, что мы столкнулись здесь с подобной ловушкой? спросил Клайн.
- Я подбросил вам идею специально, чтобы поглядеть, как вы к ней отнесетесь. Теперь валяйте, комментируйте.
- Ну, прежде всего, межзвездные расстояния...
- Мы имеем дело, - объявил Спенсер, - с механическим телепатом, обладающим системой записи. И нам известно, что скорость распространения мыслительных волн от расстояния практически не зависит.
- Ваша гипотеза не подкреплена никакими данными, кроме домыслов? поинтересовался Уоррен.
- А каких данных вы ждете? Вы, безусловно, догадываетесь, что доказательств нет и быть не может. Мы не смеем подойти достаточно близко, чтобы выяснить, что это за яйцо. И даже если бы посмели, у нас уже нет достаточных знаний, чтобы принять разумное решение или хотя бы сделать логичный вывод.
- Так что мы снова гадаем, - заметил Уоррен.
- А вы можете предложить что-либо лучшее?
Уоррен печально покачал головой.
- Нет. Не могу.
12
Дайер надел космический скафандр. От скафандра шел канат, пропущенный через шкив на треноге наверху башенки. Еще Дайеру дали пучок проводов для подключения к штифтам-панелям. Провода были соединены с добрым десятком приборов, готовых записать любые данные - если будет что записывать.
Затем Дайер забрался на башню, и его опустили внутрь. Почти немедленно разговор оборвался, химик прекратил отвечать на вопросы, и его вытянули обратно. Когда освободили крепления и откинули шлем, Дайер весело булькал и пускал пузыри.
Старый док повел его в госпитальную каюту.
Клайн и Поллард затратили много часов, мастеря шлем из свинца с телевизионным устройством на месте лицевых прозрачных пластин. Биолог Говард залез в переоборудованный скафандр, и его спустили внутрь башни тем же порядком. Когда его через минуту вытянули, он заливался отчаянным плачем, как малое дитя. Эллис поволок его следом за старым доком и Дайером, а Говард цеплялся за руки археолога и голосил. Поллард выдрал из шлема телеустройство и совсем уже вознамерился сделать новый шлем из сплошного свинца, но Уоррен положил этому конец:
- Будете продолжать в том же духе, в экипаже не останется ни одного совершеннолетнего.
- Но на этот раз может получиться, - сопротивлялся Клайн. - Не исключено, что до Говарда добрались именно через телевизионные вводы.
Уоррен остался непреклонен:
- Может получиться, а может и не получиться.
- Но мы обязаны что-то предпринять!
- Хватит жертв.
Поллард стал надевать тяжелый глухой шлем себе на голову.
- Не делайте этого, - предупредил Уоррен. - Шлем вам не понадобится, потому что вы никуда не пойдете.
- Я лезу в башню, - решительно заявил Поллард.
Уоррен сделал шаг вперед и без дальнейших разговоров нанес удар. Кулак врезался Полларду в челюсть и сбил его с ног. Уоррен повернулся к остальным:
- Если кого-нибудь еще тянет поспорить, я готов открыть общую дискуссию - по тем же правилам.
Желающих вступать в полемику не нашлось. Уоррен не мог прочесть на лицах ничего, кроме усталого отвращения к капитану. Молчание нарушил Спенсер:
- Вы расстроены, Уоррен, и не отдаете себе отчета в своих поступках.
