Это был не огонь – стена напротив двери не обуглилась, не загорелась и дыма не было… хотя из столь поспешно покинутой ими комнаты отчетливо тянуло гарью… и почему-то лавандой…
– Жива? – спросил он.
Клади встала на одно колено, охнула.
– Коленом ударилась, – поморщилась она и протянула руку. – Встать помоги.
– А я тебе говорил – надо ноги уносить.
Самообладание у нее было – робот бы позавидовал. И это, знаете ли, наводило на некоторые неприятные подозрения. Она, разумеется, не ожидала увидеть в комнате труп, но и полной неожиданностью труп для нее не был. Она знала, что такое может произойти с обитателем комнаты номер восемь. Интересное кино…
Сварог помог ей подняться.
– Это что было?
– Не знаю. Очень похоже на… на Холодный Огонь Тигельда. Но кто это мог сделать?..
– Магия? – деловито спросил Сварог.
– Что же еще…
Сварог осторожно, из-за косяка заглянул в комнату.
Ему приходилось видеть квартиры после пожара – обугленная, черная, выжженная изнутри коробка, совершенно пустая.
Именно так теперь и выглядела комната. Бесследно исчезли кровать, шкаф, бюро, труп. В воздухе летали хлопья копоти, из разбитого окна тянуло сквозняком. Выжженная изнутри коробка…
– Ненавижу магию.
Дверь соседнего номера приоткрылась, и в коридор выглянул давешний позавтракавший обыватель. Увидел Сварога, спросил испуганно:
– Что это, ваша святость? Война, да?
– Землетрясение! – грозно рыкнул Сварог. – Никому не выходить! Идут спасательные работы!
Обыватель охнул и быстренько дверь закрыл.
– Надо уходить отсюда, – сказала Клади.
– А я что говорил…
Действительно, шум внизу усилился – в общем гуле уже можно было различить отдельные внятные выкрики, сейчас кто-нибудь наверняка бросится наверх – за вещами, а заодно и посмотреть, что случилось…
Сварог потащил девчонку в противоположный конец коридора – туда, где сочилось светом окно во внутренний двор.
Во дворе никого, сразу под окном виднеется пологий скат крыши какой-то пристройки – как будто специально для тех, кто соберется убить какого-нибудь постояльца и смыться по-тихому.
Они осторожно спустились на землю, перелезли через невысокий забор и шмыгнули в переулок. Там Сварог остановился, прижал Клади к обшарпанной стене дома, навис над ней.
– А теперь, душа моя, говори правду и только правду. Кто ты такая и зачем притащила меня в эту «Дырявую бочку»?
Девчонка, казалось, готова была расплакаться.
– Клянусь тебе, это случайность. Я и понятия не имела, что «Бочка» находится рядом с домом Пэвера…
А ведь не врет, пожалуй…
– И кто нас тут поджидал?
– Я не имею права говорить… Это не моя тайна. Просто поверь мне, что не хотела тебе ничего плохого…
Опять не врет, чтоб ей… Куда проще было бы, если юлила и выдумывала какие-нибудь небылицы…
– Кто устроил фейерверк в номере? Говори быстро!
– Не знаю, не знаю! – Вот теперь зеленые озера переполнились влагой, и по щеке покатилась слеза. – Ты же видишь, я сама не ожидала такого… Я просто хотела познакомить тебя с тем, кто там жил. А вы бы уж сами разобрались…
– А что такое «Парящий рихар», ты тоже, конечно, не знаешь?
– Тоже…
Не врет? Не-а. Ну что за чертовщина, а? Сварог нахмурился. И что теперь прикажете делать? Удавить чертовку прямо здесь? Или выдать ее властям за попытку поджога постоялого двора? Никакой опасности она не излучает, может быть, просто запуталась девчонка в каких-то играх больших дядей…
– Слушай меня внимательно, – сказал он. – Сейчас мы пойдем к Пэверу, и ты будешь вести себя тихо-тихо и примерно-примерно. Это ясно?
Клади утвердительно всхлипнула.
– И пойдем мы с тобой не в этих нарядах, которые уже, боюсь, каждая собака в городе знает, а преображенные. Стой спокойно, буду творить тебе новое лицо…
До особняка они добрались без приключений – благо было рукой подать.
У порога обители отставного генерала Сварог решил скинуть личины добропорядочного бюргера и его дородной женушки: в доме может быть полно зеркал, и если Пэвер углядит подлог, то у него появятся лишние причины не поверить ни слову из рассказа.
Изнутри особняка в ответ на стук молоточка донесся гневный рык: «Да сколько ж можно шляться-то?!..» – после чего дверь рывком распахнулась, и на пороге возник коренастый, плотно сбитый человек лет пятидесяти, облаченный в роскошный, небрежно запахнутый на груди халат и похожий на Леонида Броневого. Увидев гостей на пороге, он на миг замер с открытым ртом, потом горестно ухватил себя за длинный нос, испещренный заковыристым лабиринтом прожилок.
– Эт-того еще с утра пораньше не хватало, – простонал он. Колыхнулись розовые бульдожьи брылы, свисающие на плечи. – Аж целых двое… Вам-то что от меня надо?
От него на два кабелота окрест благоухало стойким перегаром.
– Нам хотелось бы видеть мастера Пэвера, в оном доме проживающего, – вежливо сказал Сварог.
– Ну, я Пэвер, – буркнул громила, икнул и посмотрел за спины гостей. С тоской спросил: – А Мильда куда дели?
– Кого, простите?..
